Вверх страницы
Вниз страницы

Сейлор Мун: узники Кинмоку

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сейлор Мун: узники Кинмоку » Архив прошлое, альт » Dance beneath the moonlight


Dance beneath the moonlight

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

https://i.gifer.com/MmaT.gif
Действующие лица: Принц Кристиан, Доминго.
Время, место, погода, обстановка: 25 декабря 1996 года. Обширная территория дворца. Прохладно. Время различно - начиная полуднем и заканчивая временем отхода ко сну столицы.
Пролог: С каких пор ты решил, что Ангел должен принадлежать тебе? С тех самых пор, когда в твоей голове щелкнуло: все лучшее - только твое.
Жемчужину коллекции трудно воспринимать как остальных. Еще труднее - понять.
И самое трудное - отпускать.
Take my all, I surrender, surrender!
Look at me and the way I ask for forgiveness,
kindness and help!
Take my all, I surrender, surrender!
You/I will die another day, another way ©

Продолжение истории Up&Down

+2

2

Принц сказал  Доминго не покидать своих комнат, но сколько времени тому понадобилось, чтобы впервые нарушить приказ? 
Меньше чем через 24 часа.
Уже на следующую ночь танцор  остался спать на крыше самой высокой из дворцовых башен.

Два месяца живя во дворце, Доминго всегда был где то рядом, но уже не здесь.
Если просить слуг или стражников, каждый скажет, что вчера-позавчера  мельком видел крылатого человека.
Иногда он ел в комнате, но чаще покидал комнату, прихватив баночку меда.
Доминго прилетал в королевскую библиотеку, его видели купающимся в королевском фонтане,  на крыше, с книгой в кроне плодовых деревьев...
За два месяца, среди скучающих фрейлин даже появилась мини игра, которая заключалась в том, чтобы на спор быстрее найти “Икара”. Всегда выигрывали те, кто знали его слабость - мед. Стоит  оставить под открытым небом плошку меда, и он появиться в течении нескольких часов.

Ходили пикантные слухи, что женщины из гарема принца сами искали общества  “Икара”. Его Высочество  разбирался в этом вопросе как никто другой, так как теперь именно в его покоях стали периодически появляляться надушенные конверты подписанные изящными женскими ручками прекрасных наложниц.
Девушки использовали танцора как своего личного  почтальона.

Не так давно, ближе к вечеру,  по просторному дворцовому коридору с излишне хорошей акустикой, шли двое очаровательных горничных рабынь, что несли в руках несколько огромных белых перьев. Девушки бурно обсуждали между собой  встречу танцора и личного демона Его Высочества, Натаниэля, итогом которой и стали эти несколько перьев на полу. Щеки девушек алели, когда они лукаво стреляя друг на друга глазками, повторяли странную фразу, которую бросил крылатый танцор демону, в самом конце разговора. “ Только если я сверху”.

Сложно понять, что именно из этого было правдой, а что продуктом скуки и излишне длинного языка скучающих придворных и любопытной до слухов прислуги.
Но одно было верно.
Спроси кого угодно  во дворце о Доминго и он ответит, что за последние три дня хоть раз видел мельком “Икара”.
Но только не принц.
Принц не видел Доминго даже мельком, словно крылатого танцора никогда не существует.
Он всегда исчезал за несколько минут, до того как в этом месте появиться Его Высочество или придет отправленный им слуга.

+2

3

«Я сделаю ему не браслеты – ошейник.
Посажу на цепь.
Выдерну все перышки из крыльев – по одному, вручу метлу и заставлю это убирать».

Зубы были сжаты до болезненной судороги в челюсти.  Обычно вот так вот ведут себя девчонки, которых бросил парень. Девчонки-то и не знают, что парень вовсе не их, а свой собственный, да и чувств-то никаких, в общем,  и не было. Все притворство да ложь.
А у каждой у девчонки – хорошенькая штучка под юбчонкой.
Как и какими путями следовало выискивать этого клятого танцора? Не зазывать же по всему замку? Не отправлять доблестных стражей на поиски заблудшего попугая? Глупости все это и баловство.
Доминго был важной пташкой в его коллекции. А кто заботится о сохранности своей коллекции? Верно, сам коллекционер. Сам упустил – сам полезай и ищи.
К большому сожалению, принц догадывался насчет весьма свободолюбивого характера Доминго. Уже то, что он был крылат, сразу наталкивало на мысли, что летать тот будет часто, а каков характер птицы? Она всегда будет стремиться в небо, и будет забываться в своем желании разломить клетку и выпорхнуть на волю. Порою птицы в неволе умирали, не сумев смириться с позорной рабской участью.
Но Доминго рабом не был.
Принц устал бы придумывать объяснения, которые танцор понял бы и принял. У него было слишком другое мышление, которое для Его Высочества по-прежнему оставалось загадкой. Создание из другого мира, он был чужаком на Кимоку, но сумел стать чем-то ценным для монарха. Удивительно.
Итак, что вы станете делать с гостем, который вам надоел?  Разумеется, вежливо  попросите удалиться. Если гость попался с норовом, и уходить не хочет, пока не сметет все угощения с вашего богатого (или не очень) стола, то вы попросите так же настойчиво, как будете твердить своему ребенку, что нужно выучить урок. Рано или поздно подавляющее большинство гостей сдается, и вы, наконец, остаетесь в послепраздничной тишине, один на один с грязной посудой и  мыслями о завтрашнем весьма унылом и совсем не ярком дне.
А если вы хотите, чтобы гость остался не только на чай, но еще и на пирожное, а потом, может быть, и на мороженое? Уговоры. Слова. Действия. Вы окружите вашего гостя заботой и дадите понять, что он для вас чрезвычайно важен. Что все уже ушли, а его вы хотели бы видеть в своем доме часто, поскольку и разговор с ним приятен вам, и вообще его присутствие скрашивает вашу весьма никчемную жизнь.
Но как быть с гостем, если языка гостеприимства он не знает, от пирожных отказывается, а лестные слова ваши попросту пропускает мимо ушей?
Вариантов масса, но работает действенно только один.
Надо напомнить, кто в доме хозяин. И что нарушать законы гостеприимства – ужасно нагло и невежливо, и ни в какое общество дорогого гостя больше не позовут. Ни пить чай, ни вести светские беседы. Ни даже крошки со стола вытирать.
Принц не был таким уж собирателем слухов, но дворцовые сплетни и интрижки могли очень многое рассказать. Правду ли? Вымысел? Каждый должен был извлечь из речей рабов и слуг что-то ценное для себя, вычленить истину и руководствоваться ею.
Принц руководствовался не истиной.
Он руководствовался желанием нацепить на Доминго кандалы, подвесить к стене и оставить трепыхаться так пару дней. Чтобы неповадно было игнорировать священные законы Гостеприимства. Чтобы не сомневался, что быть Избранным можно лишь единожды и навсегда. Чтобы осознал, что выбирать ему больше здесь не дано.
В руках его покоилась чаша, наполненная почти до краев тягучей светло-золотистой жидкостью.  Пронеся ее через половину дворца, принц знатно измазал в жидкости пальцы, отчего теперь ругался, что к пальцам липнет каждая пылинка.
Но птичку, однако, следовало ловить на приманку, а заклинание было припасено уже давно. Как и сопутствующее наказание.
«Сверху, значит?
И кому еще ты это повторял?»

Сдерживать свой внутренний гнев становилось все тяжелее с каждым шагом, ведь зацикленность на мысли о своенравном танцоре и его новых увлечениях была слишком велика.  Она не отпускала ни на секунду, изредка пропуская в разум иные мысли. Например, о том, как неплохо было бы смастерить для Доминго поисковый маячок. Тогда уж точно не потеряется.
Чашу принц оставил на одном из самых высоких балконов замка – круглом и с резными периллами.
- Проголодаешься - придешь, - бросил Кристиан куда-то в сторону высоких деревьев, рассчитывая, что будет услышан.
Ушел – по крайней мере, сделал вид, что уходит, даже закрыв за собой дверь и изобразив за нею топот шагов. Но вернулся, смягчив шаги заклинанием – топот был не топотом, но легким касанием пушинки.
Он укрыл себя иллюзией, слившись с внешней стеной на балконе. Стал ждать.
Надеялся, что трясущиеся руки его не выдадут.

+3

4

+

Менее через пол часа, в ночном небе послышался шелест крыльев, порыв ветра чуть не опрокинул плошку меда, но Доминго был уже знаком с этой проблемой и знал как  опуститься к земле, погасив волну ветра которую порождали огромные крылья за спиной. Зависнув на высоте десяти метров над балконом, он стал медленно спускаться вниз, делая одно сальто за другим.
https://cs6.pikabu.ru/images/big_size_comm_an/2015-07_5/143785232611896258.gif
Мягко приземлившись на тонких резных перилах, танцор легко спрыгнул вниз, подходя к лакомству.
Два месяца назад, когда принц в последний раз видел свое новое приобретение, он сказал еще одно.
— Отдыхай
Контраст был виден невооруженным глазом. Доминго и без того обладающим внушительным ростом, вытянулся на несколько сантиметров, стал шире в плечах. Ухоженные огромные крылья за его спиной отчетливо отливали перламутром как раковины моллюсков. За время покоя, оперение стало гуще, плотнее, крепче.  Как всегда босой, сейчас танцор не носил никаких украшений или лукаво звучащих колокольчиков, он был одет в простые хлопковые шаровары белого цвета, а вокруг тонкой талии был намотан  черный шелковым с золотым шитьем.  Бронзовая кожа была идеально гладкой, без шрамов или отметин, словно мужчина никогда в жизни не держал в руках ничего острее ложки.

Расправив крылья параллельно полу, Крылан грациозно сел рядом с чашей, но протянув руку он тут же ее отдернул, озадаченно облизывая кончики сладко липких пальцев.
Дворец был поистине очень странным местом. Не так давно он стал повсюду замечать оставленные на улице тарелочки с медом. Как правило тарелки были большими, яркими, а вот меда в них было ложки на две, не больше. Но все равно, в чем смысл таких поступков?
« Разве мед не является дорогим лакомством, даже для тех у кого достаточно денег? Зачем выставив его на улицу, уходить, словно тебе нет дела, что его могут съесть насекомые? »
Сломав голову над привычками аборигенов, он быстро пришел к решению, что оставлять мед на расправу муравьям, он не намерен. Если им он не нужен, то он возьмет его.

Но ЭТА чаша была иной.
В отличии всех виденных им ранее, она была одной из самых маленьких, зато заполненной до краев. По пути мед явно переливался через край, края чаши были невыразимо липкими. 
Облизывая кончиком языка подушечки пальцев, Крылан невольно сразу вспомнил о принце.
Эта чаша была чем то похожей на него.
Все через край, всего много, но какой рисунок на дне чаши, узнает лишь тот, у кого хватит смелости и голода выпить ее всю, до последней капли.

— Подумай над тем, каково твое желание.
У него не было лица, чтобы встретиться с принцем как  не было ответа на вопрос.
Теоретически ему казалась привлекательной идея заблокировать берсерка с помощью местной магии, которая казалось была настолько сильной чтобы  нарушить парочку законов вселенной. Но это желание по своей интенсивности можно было сравнить с другим  — “ хочу есть мед каждый день”.
Приятный бонус, но более ничего.
Возможность жить избавившись от необходимость тотального самоконтроля, подавления собственных чувств, лишь бы не впасть снова в боевой транс...На самом деле имеет ли это такое большое значение, когда самая большая непоправимая ошибка в жизни воина-защитника уже давно совершенна? Кому нужны обручальные кольца о которых мечтала возлюбленная, когда  время оставило от нее  только выбеленные кости? Будет приятно принести подарок к ее могиле, но это не нечто, без чего сложно будет жить дальше.
Чего на самом деле хотел Доминго?
Он хотел меда. Он хотел быстрее научиться читать что-то кроме детских книг. Он хотел научиться разводить пчел. Он хотел... тысячу и еще одну бесполезных вещей, от каждой из которых мог легко отказаться.
Чем дольше рассматривал вопрос мужчина, крутя его в своей голове как кубик Рубика который никак не желал собирался воедино, тем  ближе он подбирался  к разгадке, что именно он делает не так.
Он не мог ответить точно чего хочет.
Но мог точно сказать, чего НЕ хочет.
Здесь все было просто и не нужно было долго думать.

Подняв липкую чашу с пола, Доминго припал губами к ее краю, прикрывая глаза от наслаждения.

Отредактировано Доминго (2019-08-07 16:04:25)

+2

5

Рыбка должна была клюнуть на наживку через…
Три…
«Ближе. Еще ближе».
Два…
«Ты должен уяснить одну важную вещь, я думаю, мой дорогой чудо-танцор. Я сомневаюсь, что ты вообще знаком с правилами приличия и поведения в обществе Кинмоку.
Невоспитанная.
Жутко невоспитанная птица».

Один…
«Придется заняться тобой прямо сейчас».
Заклинание, подготовленное заранее, обрушивается на утерявшего бдительность за угощением танцора и сковывает незримыми путами, ощущаемыми как нечто липкое и противное на коже. Принц никогда не использовал таковое на себе, но по словам рабов и рабынь, которые становились жертвами оного, это было не слишком приятно. Не вакуум, столь любимый Его Высочеством, но нечто другое, не менее опасное.
- Позволь объяснить тебе кое-что, мой крылатый друг, - секунда, и глазам Доминго открывается принц – опершись о стену, он сложил руки на груди и подумывал о том,  что на такой дистанции разговаривать будет удобно.  – Когда я сказал «отдохни», я не имел в виду «броди хрен знает где и носа не кажи ко мне».
Конечно, была у принца догадка насчет того, что такому существу, как его крылатая жемчужина, нужно было объяснять все…проще. У Кристиана не было сомнений в умственных способностях танцора, но то, что тот  понимал все по-своему, было абсолютно точным. Выходит, не повторять нужно было несколько раз, но объяснять все очень отчетливо. Так, наверное, разговаривают с детьми – они ведь не глупые (за редким исключением), а попросту многое не знают.
Со вздохом Кристиан, наконец, отделился от стены и, не отпуская плетение заклинания, выбросил вперед ладонь. Сжались чуть сильнее иллюзорные путы, и теперь их можно было даже увидеть невооруженным глазом. Они чуть отливали фиолетовым, похожие на ленты, которыми подвязывают волосы молодые девушки.
- Скажи, что еще тебе неясно? Скажи сразу.
Наверняка со стороны он напоминал льва, который загнал бедную птичку до такой степени, что та больше не могла взлететь. Льву не нужна была птичка – мяса в ней мало, на один зубок, но…
С каким трудом он поймал ее.
И какой замечательной могла оказаться игра с добычей, которая внутренне готова к худшему. Никто ведь не скажет ей, что есть ее не собираются, правда?
Наконец, Кристиан перестал ходить и уселся напротив Доминго. Пальцем коснулся пола, на котором причудливыми каплями растекся мед, и чуть приподнял перед собой ладонь, глядя через нее на танцора.
Золото ему однозначно шло.
Не зря он выбрал такой поистине дорогой продукт в качестве угощения.
- Я ведь хотел бы видеть тебя, - снова вздох – с таким явно не обращаются к подчиненным и рабам. Принц мог бы говорить с Доминго жестче, но по какой-то неведомой причине не делал этого.  Может быть, потому что повод для выхода из себя был не таким серьезным? Да, танцор провинился, но, вероятно, далеко не по собственной вине. В этом была частичная ошибка принца – не сказать Доминго всего. – А ты все время улетаешь куда-то.
Проблема, из-за чего ситуация с танцором только ухудшилась, была в том, что принц не слишком-то любил признавать собственные ошибки. Он понимал, что это признак силы – признавать их и анализировать, вычленять полезный опыт из всего, что делаешь.
- Ты не вернешься к той грязи, в которой был, - немного тише добавил Его Высочество.  – Но для того, чтобы мы смогли существовать в гармонии и заодно решить твою маленькую проблему, мне необходимо видеть тебя чаще, чем никогда. Одного.
Слова давались тяжело и никак не вязались с внешним обликом Доминго.
Принцу постоянно казалось, что говорит он с неразумным дитя, а танцор был вполне себе адекватным и мыслящим существом.
Вроде как.
Кристиан страшно не хотел повторения той истории, которая случилась с Доминго в «Смехе».  По крайней мере, слуги не докладывали больше о тех вспышках ярости, которые замечались за танцором ранее.  Это уже хорошо.
Боялся ли Его Высочество раздразнить Доминго сейчас? Едва ли.
Доминго должен навсегда уяснить, что у принца абсолютно точно есть козырь в рукаве. И на каждое слово найдется еще десяток слов против. Кристиан внимательно оглядел крылатое создание, подмечая, что чувствует тот себя весьма и весьма хорошо. Это создало тепло где-то глубоко внутри.
«Драгоценности иногда надо чистить. Похоже, ты следишь за этим самостоятельно, и лишний раз дергать тебя по этому поводу бесполезно.
Другой вопрос, что драгоценностями любуются.
Ты знаешь, что особенный, да? Вроде как не для всех, но выходит, что и ни для кого».

+2

6

Кристиану стоило хоть однажды попробовать это заклинание на себе, чтобы понять, насколько несовершенной может быть сила слова.
Противно?
Одно слово?
Вы это серьезно?
Может это просто девушки рабыни не смели быть предельно честными в присутствии Его Высочества?
Доминго мог бы на своем, на птичьем, гораздо более многословно расписать, эти специфические ощущения отдаленно напоминающие скользкие щупальца, шевелящиеся, мерзко дрожащие, крепко сжимающие.
Он бы мог  чирикать о том НАСКОЛЬКО это “противно” в течении часа и все было бы мало.
Недостаточно!
Не то!
Не передана всю суть, того как внутренности раз за разом конвульсивно содрогаются в спазмах, желая только одного, вывернуться на изнанку.
Кожу казалось будет легче содрать заживо и дать вырасти новой, чем отмыть от ....этого  простого - “противно”.

Доминго до зубовного скрежета не любил показывать собственные слабости, поэтому на одном упорстве и силе воли силился удержать маску спокойствия на лице.  Но когда,  щупальца сжались еще сильнее, появилась совсем другая проблема, кроме той “ как удержать в себе содержимое желудка”
Заклинание которое успешно работало на  местном населении, вначале еще как то сдерживали натренированные мускулы, но когда  заклинание получило  дополнительную силу, сделавшую фиолетовые щупальца видимыми для глаза, они не  смогли больше защищать кости от внешнего давления.

Пока принц говорил, о том  что хотел его видеть, под плотным кольцом фиолетовых жупальц, беззвучно ломались ребра и их  острые осколки впивались в легкие, заполняя те кровью.
Уже почти не контролируя свое лицо, он уронил голову себе на грудь, старательно сглатывая кровь.
Принц замолчал, и стало слышно звук глотания, словно танцор что-то пьет.

— Ваше Высочество... Я могу приходить к вам... в те... дни недели...которые вы назовете..Но Ваше Высочество...вы уверены ...что именно я... должен.... был... искать ответ...чего хочу?
Доминго говорил глухо, часто делая перерывы между словами, стараясь не дать крови пролиться. Но это было невозможно, и темно красные потеки уже были на его подбородке и шее.
Бронзовая кожа покрылась испариной, его тело знало как лечить себя, но боль от травм не становилась от этого глуше.
Аромат меда который прежде нес на себе танцор, потерялся в тяжелом запахе свежей крови и мускатного ореха, который источала вспотевшая кожа.

Принц был действительно по своему непостижим.
Что им двигало, что на самом деле он хотел? Где был обман укрытый временем? Соврал ли он ему в начале, когда сказал, что его не интересует берсерк?
Принц вызвал растерянность у Крылана.
Особенно его отношение, которое он ему демонстрировал.
Столь внимательно терпеливое отношение он видел лишь два раза. В первый раз, когда молодой мужчина дарил цветы старой актрисе, чьим мастерством и голосом действительно восхищался, и не смотря на разницу в возрасте, был по юношески очарован ее морщинками в уголках глаз и рта.
Во второй раз он видел подобное, когда в ночной клуб пришел Клиент с юной девушкой, почти ребенком, она была хрупкой, неуверенной в себе серой мышкой, явно “чистой”. Она по детски жалась к клиенту. ища в его руках защиты. Клиент подбадривал ее комплиментами, говорил какой у нее чудесный голос и что он обязательно сделает ее знаменитой певицей. играл перед ней теплого мецената.

Доминго поднял голову, ища в лице принца ответ, кем был он для него? Кто из этих двух или некто третий? 
Ему было странно слышать, что его отсутствие было действительно  замечено, что его хотели видеть и теперь... ревновали за безразличие?

В гареме принца была не только бесноватая водница Алекс, он успел встретить девушку больше похожую на фарфоровую куклу с  маслянисто черными крыльями за спиной и женственного юношу чьи крылья только-только росли, набираясь силы.
Доминго не понимал принца. 
Видя, что стал просто "одним из" пернатой коллекции, Доминго не был задет этим фактом, что не единственная “диковинка” во дворце. Скорее он поспешно снял со своих плеч груз быть кем-то особенным для принца.
— Первое место ...где меня научили говорить...это был театр...Приходя в театр... люди  ждали сказку... Они хотели увидеть...другой... лучший чем их мир...Они любили сказки...про ваш дворец... В таверне на пересечении дорог... люди говорили что хотят развлечения... но они искали ... чудо... Им подходили любые трюки...они хотели простых и понятных чудес...над которыми могли бы посмеяться...В ночном клубе... люди искали свое желание... которое потеряли...У большинства... было слишком много всего...
Доминго запнулся, опуская голову и рывками втягивая воздух раскрытым ртом.  Дышать получалось только верхней частью легких, там где ребра еще остались целыми.
— Они ничего не хотели...Люди приходили в клуб... найти свое потерянное желание.... Найти желание заняться сексом, свою страсть... Но я все еще не знаю, что ищите вы...У меня есть не так много... что я готов отдать...Я не могу ложиться в постель по приказу...Но вам это не нужно...гарем большой... Вам действительно... будет достаточно просто смотреть... как я каждый день ухаживаю за своими перьями... и учусь читать? Что вы...хотели найти во мне когда ...брали во дворец...сказали жить ...ради вас?

Отредактировано Доминго (2019-08-08 19:44:33)

+2

7

Каждый, кто оставался рядом с принцем – надолго или насовсем – должен был уяснить несколько правил. Конечно, можно было радостно вещать о том, что правила создаются, чтобы нарушать их, и все прочее… Но было кое-что значительное, подрезающее языки любящим поболтать сплетникам и сплетницам.
За нарушением следовало наказание.
А наказывать принц любил самостоятельно – после, конечно же, выяснения официального, громогласного решения. С созданием иллюзии справедливого суда.
На самом деле люди из Совета не могли ничего противопоставить. Они любезно улыбались и важно кивали головами, делая вид, что волнует их не ужин с прелестной любовницей в роскошном заведении, а проблемы исполнения наказаний.
Принц был уверен в том, что этим идиотам нельзя было доверить столь важную миссию как исполнение наказания. Гвардия? Стражи? Да эти остолопы только и могут, что махнуть мечами пару раз и грозно заорать. Ну, хорошо, еще могут что-нибудь нехорошее сделать с заключенным по пути следования в темницу или к палачу. К слову, о палачах…
Разумеется, при дворце был палач. Вернее, была, есть и будет.
Да, еще одно нововведение, от которого у всех был легкий шок и порою даже физическое недомогание. При дворе палачом служила женщина.
Кристиану казалось, что женщины порою куда могут исполнять наказания, рубить головы и придумывать пытки куда изощреннее, чем мужчины. Мужчины были ограниченны. А вот у женщин – почти всегда – фантазия была безгранична и очень развита. Если найдешь женщину с богатой фантазией и отсутствием комплексов и боязни крови-кишок на топоре – считай, ты нашел идеального палача.
Поговаривали даже, что у придворного палача и муж когда-то был.
По-видимому, не сошлись характерами.
Итак, о палачах. Точнее, о том, чего Доминго не суждено будет увидеть.
Ноздри несколько раз втянули воздух, и принц едва ли не выругался, поняв, что происходит. Сильная и гордая птичка, говорите?
«Чего я хочу, и что ты сможешь сделать для меня?»
Крылатый рассказывал о своей жизни так непосредственно и легко, как будто считал это действительно необходимым. И в этом случае он оказался прав, несомненно – Кристиан действительно слушал с большим удовольствием любые истории, даже, зачастую, истории своих рабов. Нужно ли еще раз напоминать Доминго, что рабом он не является? Вообще никто в гареме, по сути, не являлся рабом  - слово «невольник» подходило куда больше. И если раба могли убить за малейшую провинность, если у него не было права голоса и права вообще что-нибудь сделать без ведома своего господина, то с невольниками все несколько иначе. Соль именно в названии. Не-вольник. Находящийся где-либо не по своей воле. Удерживаемый.
Но они не были запертыми. Нет,  каждый экземпляр из его маленькой коллекции был свободнее, чем все рабы вместе взятые. Принц давал им очень большую свободу – они могли свободно выходить за пределы дворца без риска, что кто-либо им навредит. Гарем был неприкосновенным. Следящее заклинание могло с легкостью определить, где находится тот или иной член элитного маленького общества. А кольца…
«Точно.
Я совершенно забыл об этом, надо бы…»

Его Высочество поднял взгляд на крылатого, который пытался вложить в его голову пару килограмм нужных знаний.
Дыхание танцора говорило само за себя, и осознание, что принц сделал что-то решительно ужасное, наплывало на Кристиана кругами диссонансов.  Ужасно было осознавать, что ты делаешь все правильно, и вместе с тем абсолютно четко понимать, что этого делать было не надо. Но некоторые никогда не признаются, что совершили ошибки.
- Твою мать, Доминго, ты мог бы остановиться и не продолжать дальше, - принц сказал это почти зло, и он в действительности был зол на танцора. Продолжал что-то блеять, истекая кровью. Демонстрировал свою восхитительную птичью выдержку и соколиную гордость?  Да кому она вообще сдалась?
«Кстати, надо бы узнать, кто у него мать.
И как они вообще размножаются – как люди или как птицы?»

Резко выброшенная вперед ладонь остановила действие пут – они рассосались, даруя крылатому танцору свободу.
Относительную, конечно же.
Доминго так много говорил о желаниях, которые существовали в разных местах, что у принца возникла некоторая путаница. Он знал очень много для простого танцора, и мог ли выносить уроки из того, куда немилосердно бросала его реальность? Чудеса, желания, предложения…И не много ли сразу размышлений? Это – то, о чем думал Доминго долгих два месяца. Наверное, решая вывалить на принца все и сразу, Доминго сбрасывал со своих плеч определенный груз. Нельзя было упрекать его в том, что он пытается распутать этот клубок.
Сложно выбираться из паутины, которую построил кто-то другой специально для тебя.
«Поздравь себя – ты ему ребра сломал».
Принц уселся напротив Доминго, глядя тому в лицо и ругаясь на него одними лишь непроизносимыми словами на отборном людском.
- Я хотел отношений. И хочу их до сих пор.
Это наверняка могло прозвучать странно – для кого-то, но не для Его Высочества, выверенным движением сплетавшего нить взаимосвязей.
Краешки губ чуть дрогнули в улыбке.
- Я не про секс говорю сейчас, Доминго, этого у меня и так хватает. Если бы я хотел взять тебя – я бы сделал это еще два месяца назад, сразу, и не стал бы слушать, что ты там лепечешь, - продолжил Кристиан, борясь с внутренним желанием отправить танцора на пол лицом вниз и ткнуть в затылок, как котенка, испортившего ковер. За то, что не сказал о хрупкости костей. За то, что продолжал разводить треп, истекая кровью. Портя себя. – Я устал от этих заискивающих взглядов  и рабской покорности вокруг себя -  да, оно должно так быть, и оно нравится мне, но когда оно все время – ты перестаешь чувствовать себя собой. Сложно объясняю, да?
Вероятно, другое сознание крылатого все снова перевернет с ног на голову.
А может быть и нет. Может быть, он поймет так, как и нужно будет принцу.
- Думаю, ты уже познакомился с Ясмин – она, как и ты, крылата, и несмотря на то, что в этом вы с ней похожи, она абсолютно не такая, как ты.  Она покорна.  Я вижу в ее глазах желание выслужиться и заслужить мое внимание. Борьбу с другими. Страсть. Но, увы.
Его Высочество развел руками.
Если хочешь общаться с тем, кто унаследовал кое-что от зверей, умей найти с ним общий язык. Принцу казалось, что он нашел.
- Она не Альфа. А ты – да.
Итог. То, к чему он вел весь разговор и высказать смог лишь парой фраз.
«Зверь признает силу.
А сила не достается зверю просто так».

- Твоя страсть, она другая.  Ты интересен мне не потому, что ты крылатая диковинка, говорящая с необычным акцентом. Мне интересно узнавать и раскрывать тебя, и понимать, что ты не будешь для меня рабом или ручным зверьком. Тот танец, который я увидел в «Смехе» был наверняка простым и надоевшим тебе – не знаю, могу ошибаться.
«Не хотел бы, но могу.»
- Да, я хочу наблюдать за тобой. Видеть, как ты двигаешься, ведь через движение ты становишься еще ярче, чем когда-либо, - принц намеренно ничего не говорил о танцах, считая, что Доминго и сам способен догадаться, додуматься. – Немного прошу, не так ли?
«И заметь – даже не требую».
- Судя по тому, что ты не вопишь от боли, у тебя недурная регенерация. Кто бы знал о том, что ты такой хрупкий, - вздохнул Кристиан, качая головой. – Пригласить целителя?
По логике сам испортил – сам и лечи.
Если бы кто-то еще умел.

+2

8

+

Видит крылатый бог  всех Крыланов, Доминго держался.
Старался как мог.
В кривь и вкось, как умеет,  но он старался  подстроиться под странные правила окружающего мира и с их социальными играми между “сильными” и “слабыми” ее членами.
Его не пугала смерть от чужого гнева. Это будет больно, мучительно, возможно ему оставят мало гордости разрушив тело полностью. Но это не страшно.
Ему  претила идея сознательно нарываться, ухаживать за смертью, сознательно приближая свой конец.
Это ведь ничем не отличается от самоубийства - самый абсурдный итог из всех возможных для его жизни.

Доминго тяжело выдохнул, пытаясь успокоиться, когда он сжимал зубы, на высоких скулах красноречиво играли желваки.
Принц злил.
С ним было сложно.
Он не говорил того, чего на самом деле хочет.
Его Высочество сказал, что хочет иметь рядом с собой Альфу?
Это не ответ, только малая его часть.
Вы конечно можете сказать, что хотите завести например тигра. Но полный ответ будет - я хочу завести тигра, посадить его в клетку и тешить себя ощущением контроля над грозным хищником. Или я хочу пугать им гостей...  и тешить себя чувством доминирования, превосходства.
Множество вариантов.
Но принц не говорил главного...
« Или это и есть “переговоры” и “дипломатия” » — Доминго почувствовал себя так, словно намереваясь съесть ложку меда, но вместо этого откусил очень кислый лимон вместе с кожурой.
Его перекосило от осознания размаха проблем в которые он влетел.
Тихо гортанно застонав, теперь он мог гораздо лучше игнорировать  боль в груди, которая прежде не давала ему нормально распрямиться.
Когда болит мозг, физическая боль, не так уж и плохо, правда?

Что Доминго знал о “дипломатии и искусствах переговоров”?
Люди которые использовали подобные словосочетания могли трепаться не о чем от заката до рассвета и только перед прощанием сказать то, ради чего собственно устроили эту встречу. И то не обязательно. Им может не понравиться взгляд собеседника, недостаточно обширные связи упомянутые в разговоре...и еще дюжина вещей. Девушки “компаньонки” которые вынуждены сидеть с мужчинами рядом подливая им вино и давая тискать себя за соблазнительные выступы в фигуре, после таких встречь обычно выглядели сильно уставшими, с остекленевшим взглядом человека, который желает сейчас только тишины и ничего больше.

Доминго был не готов ходить кругами, свой максимум он выполнил.
Он и так наговорил столько, что иной раз за несколько дней не скажет.
Но принц ... да, он чем то напоминал тот тип людей, заказывающих  комнаты для переговоров с хорошей звукоизоляцией. 
« Только он явно искуснее в разговорах и управлении, чем посетители ночного клуба и тем более таверны на пересечении дорог. »
Золотой птичий взгляд с двумя суженными точками зрачков, мрачно уперся в принца.
Тут было все. Раздражение. Усталость, злость и монашеское осуждение с ловестному распутству. 
— Нет Ваше Высочество, целитель не нужен, само скоро срастется.
Сглотнув все еще отдающую кровью слюну, Крылан выпрямился, игнорируя боль в груди. С мрачной целеустремленностью изучая сверху вниз принца рядом с ним.
« как же я все это ненавижу »
— Дайте мне ухватиться за вашу руку и вы сами все поймете, только напрягите мускулы. —  Все еще сдерживаясь, нейтральным голосом произнес танцор. — Долго объяснять. Проще один раз показать.
Доминго крепко ухватился за руку принца используя ее как низкий турник, отрывал свое тело от пола.
На руку  принца лег 30 килограммовый вес.
Доминго был выше Кристианна, шире в плечах, не говоря уже о огромных крыльях за его спиной, тоже ведь кости, мускулы и перья...
Для Медиков и ученых будет действительно интересным опытом однажды вскрыть крылатого танцора, изучить состав его мускулатуры, внутрении органы. Не раз ученые умы будут восклицать в удивлении что-то вроде - его тело состоит из воздуха в большей степени, чем из воды! В тканях был воздух, в костях. Жилистое тело производило впечатление сильного, оно им и было...но одновременно нет.  Доспех одетый на плохо набитую соломенную куклу.
Даже сейчас, когда Доминго сжал пальцы на предплечье Его Высочества, все равно его касание оставляло ощущение пустоты, не до конца сжатых пальцев.

Отпустив, он отступил на шаг, скрещивая руки на испачканной его же собственной груди. Но поморщившись от боли, был вынужден опустить их вдоль тела.
— Раз в месяц. Встречи раз в месяц.  Этого времени будет достаточно для подготовки к танцу. Вы хотите быть участником? — оценивающий холодный взгляд скользнул по чужой фигуре.
— А теперь говорите. — Доминго попытался смягчить свой голос, но под усталостью, все равно наружу просвечивал “приказ”. — Чего вам не хватает Ваше высочество, какое из чувств я должен превратить для вас в танец?

+2

9

«Как….сложно».
В детстве принц сложностей не боялся, выполняя свои жизненные задачи за счет энтузиазма и банального «Король не должен ничего бояться». Но чем дальше развивалась жизнь его – тем больше сложностей наваливалось. Власть, управление планетой, люди, деньги, знания…все это требовало нескончаемого тотального контроля.
И, конечно же, срывов.
С переменным успехом у Его Высочества получалось управлять гневом. Превращать его в нечто более приятное для себя и окружающих. Благодаря тому, что однажды открыл ему Натаниэль, Кристиан стал представлять намного меньшую опасность для нервов окружающих. Он никогда не смог бы справиться…если бы остался один.
Тот, у кого самостоятельно срастались кости, да еще с поразительной скоростью, не особенно, по-видимому, был осведомлен о характере принца. Это было печально, потому что по какой-то неведомой ему самому причине, Кристиану не хотелось пояснять это через боль. Танцор оказался дюже хрупким – даже простейшее заклинание пут, для всех остальных в целом безвредное и причиняющее лишь некоторый дискомфорт, разломало ему ребра.
Скучно.
Кристиан откровенно не привык к подобному, и был несколько обескуражен этим. Объяснять и показывать придется без применения силы.
По правде, не следовало бы забывать о силе ментальной – или мозг у этой птички такой же слабенький, как и тело? Несмотря на то, что Доминго был высоким и мускулистым существом, его вес…не соответствовал действительности.
Принц попытался скрыть собственное удивление, почуяв невероятно маленькую нагрузку.
«Невероятно.
Ян не раскрыл мне маленького секрета своего чуда-танцора. Вот почему он так двигается. Вот почему парил тогда под потолком легче любой танцовщицы, даже самой искусной. Вес тела ничтожно мал, что позволяет вытворять ему со своим телом на высоте все, что угодно, не задумываясь о напряжении.
Изнутри он как птица, а снаружи – как человек. Да за тебя бы поборолись лучшие умы Кинмоку, Доминго. Радуйся, что тебя не препарируют на чьем-нибудь столе».

https://funkyimg.com/i/2WaiG.gif

Танцору недолго было возвышаться над принцем – Кристиан поднялся, ожидая очередной странной реплики от этого хрупкого существа. Да, им будет непросто достичь понимания, но принц дал танцору своеобразное обещание.
В грязь он не вернется.
Пускай знает, чего стоит слово Короля.
Очень зря, что Доминго не объяснили все дословно. Очень жаль, что он не воспользовался шансом хоть что-нибудь выпытать у слуг и придворных. Очень…жаль.
Принц медленно выдохнул, стараясь не давать раздражительности выползти наружу. Хотелось бы налететь на танцора вихрем и заткнуть ему рот…рукой или чем-то еще – неважно. Главное, чтобы заткнулся и не продолжал.
«Ты хрупкий, но на тебе все заживает. Что ж, в этом есть определенная…польза».
- Не забывайся, - речь была тихой, и несла в себе куда больше смысла, чем вполне ожидаемый крик. Принц со временем стал кричать  намного реже, чем, к примеру, года три-четыре назад. Ему доставляло удовольствие говорить  со своими жертвами тихо, чтобы они нарочно напрягали слух, пытаясь услышать слова монарха. Это тоже было определенной…пыткой. – Голова у тебя вроде бы в порядке, Доминго.
Отчаянно начинало казаться, что не совсем.
Танцор совершенно не умел себя вести, не разграничивал кое-какие вещи, принятые в обществе, и явно отчаянно нуждался в уроках послушания. Щенков, которых приводят домой, учат не грызть вещи и давать голос только по команде. Садится, вставать и умирать по команде. Все осложнялось в этом случае позицией.
Принц не хотел ставить Доминго в позицию безмолвной прислуги или того же щенка. Он не глупый и должен понять все сам. Дойти до этого. Осмыслить. Почувствовать.
В желтых глазах родилась недобрая магия.
- Не давай мне повода усомниться в твоих умственных способностях, Икар, - намеренно используя сценическое имя танцора, молодой человек пытался акцентировать внимание его на разнице в ступеньках между ними. Глаза принца подернулись магической дымкой, проплывавшей по венам и оканчивающейся на кончиках пальцев. Поплывшая в сторону Доминго дымка вонзилась в его голову острым дурманом. – И пусть мое желание набить твоими перышками подушку останется только печальным образом для нас обоих. Да?
Запугивание это не очень надежный метод, но Кристиану откровенно хотелось испытать его на Доминго. Вообще было очень много того, что принц желал испытать на своей жемчужине, но время пока терпело.
Пока.
Юноша поднял вверх три пальца, поочередно, по мере развития разговора, загибая их.
- Милосердие.
«Король ведь должен быть милосерден к своим обездоленным подданным».
- Чистые помыслы.
«И честен во всех отношениях перед ними».
- Сострадание.
«И – в каком-то плане – понимать их тоже».
Во взгляде такового не было. Во взгляде было снисхождение и знак «Я пока прощаю тебе твою выходку, танцующий под облаками».
- Я не уверен, что ты сможешь научить меня чему-то в процессе, но…попробуй вызвать во мне желание стать участником твоего представления. Именно ты, а не кто-то другой. Я уверен, что ты сможешь объединить все три.
Ослабленный контроль над заклинанием давал свои результаты.
- Не разочаруешь меня, Доминго?
«Не дашь повода усомниться и бросить тебя, как отыгравший свое музыкальный инструмент? Как бы нежно ни любил его творец, все имеет свойство заканчиваться».

https://funkyimg.com/i/2Wao4.gif

действие заклинания

легкий дурман в голове, реальность туманится и потом встает перед глазами яркими цветными пятнами, эффект зрения "близорукого человека" на несколько минут.

+1

10

+

http://sg.uploads.ru/t/J6Lcu.png

Доминго привычно напрягся, отработанным движением опуская голову и смотря на принца из под ресниц, с хмурой гримасой он встопорщил перья, как от холода, сам о том не зная.

- Я не проигрывал раньше, сделаю все, чтобы не разочаровать вас сейчас Ваше Высочество. —  Красивые слова, добавь им льстивости и можно вложить в уста почти любого придворного, только у танцора не нашлось и кусочка сахара. Он говорил как военные перед сражением. Со злым упорством, с тем же успехом он мог вскинуть голову и сказать -  " Я не проиграю. Какую бы сложную задачу вы мне не задали, я сделаю все от меня зависящее, не ради вас, а потому что не желаю быть тем слабаком, что сдался еще до начала. "

Без того от природы тонкие губы, сжались в холодную линию полную упорства. Он действительно напоминал сейчас гордого генерала, которого перед боем король спросил - а не проиграешь ли ты?
Не разочаруй меня — слова подобные красной тряпке.

Поправляя сбившееся дыхание, Доминго рассеянно смотрел на свои вдруг потерявшие четкость руки, повертев головой по сторонам, он в итоге остановил свой расфокусированный взор на принце.
Зрачки под контролем заклинания оставались расширенными, поглотив под собой золотую радужку. Принц мог легко увидеть свое отражение в чужих глазах, когда сам Доминго улавливал только общие цветовые пятна, свет и тень.
Он дернулся было прикоснуться к своему лицу, но на половине оборвал движение.

— Участие в представлении...я не предлагал учить вас танцевать. Я спрашивал о вашем участии, как вы есть сейчас, не подстраиваясь, не изменяясь Ваше Высочество.
И все же, Доминго был даже несколько удовлетворен вспышкой принца. Он находил ее честной, важным кусочком информации о реальной ситуации вокруг него.
Доминго не желал бороться за место фаворита, но и тихо идти с закрытыми глазами и ушами к своему концу тоже не хотел.

Господа обычно жестоко мстили тем кто их разочаровал, не оправдал надежд. Как бы отомстил принц, однажды сменив милость, на гнев, из за того что танцор “за столько времени” так и не смог прочесть его мысли и предугадать-исполнить невысказанные желания?  Скорее всего это будет смерть.
« Я не умею читать чужие мысли! Я не вижу чужих сердец и их желаний, пока об этом не говорят напрямую, в лицо...Так почему мне снова и снова приходиться угадывать? Это какая-то вселенская ирония. Наказание за то, что я шел легкими путями. »

Да, это был не первый раз когда недогадливостью Доминго были недовольны.
Сейчас это принц, в прошлом господа наделеные силой.
Вы скажите - скажешь тоже, сравнить принца с его подданными, к тому же не самыми влиятельными из них?!
Но это так.
Если стоять очень-очень низко в социальной иерархии, можно ли отличить какое дерево выше, есть все что ты видишь - это траву которая закрывает небо?
Сильно недовольный Господин из ночного клуба, чье имя его высочество не посчитает нужным запомнить, при желании мог сделать с Доминго одинаково чудовищные вещи как и  принц, главное о цене договориться с Яном, вот и все ограничение. 
Когда на насекомое наступают, так ли важно раздавила его собака или слон? Итог один, насекомое не заметит разницы в несколько сотен килограмм погибая.
Доминго имел опыт того, когда на тебя сердиться господин уверенный в своей безнаказанности. Но он все равно, не скопировал манеру речи слуг и рабов.
Так ли важно, что делают с тобой,  чтобы не сделали насильно это не унизит гордость, она останется частью тебя,  пока ты сам, своим решением и поступками не впустишь это внутрь, разрушаешь себя изнутри услужливой покорностью.

Танцор  дернул уголками губ, в мрачном удовлетворении ситуацией.
« Хорошо, пусть и решился зрения. »
Вместо того чтобы  бездействуя ждать когда принц скажет что ему скучно, он невольно вызвал его на долю откровенности, получил ценную информацию пока не слишком поздно, то, на что может опереться.

Единственное...

Да, желания принца не стоит сравнивать с вкусами черни или пресыщенных господ, но чтобы настолько?!
Все три слова были совершенно незнакомы ему.
Не одного из них он не слышал прежде.
Не об одном не читал.

На лице хмурого Крылана проступила искренняя, беззащитная в своем смятении - растерянность.
Ужасно коверкая интонации, пропуская ударения и буквы, он, попробовал новые слова на языке.
— Мисоледие. Чистыпомысл. Сосрданииие...Я не слышал их прежде. Хорошо, я найду их значение.
Три месяца, три выступления. По одному на слово. Но  вначале мне понадобиться несколько дней на поиск информации, что  именно обозначают эти слова и обдумать их, после я смогу сказать какие помещение подойдут для каждого из выступлений. Еще мне будут нужны деньги на покупку сценического реквизита. Это может оказаться не дешево. тЯ не обладаю магией, покупаю готовые заклинания отсроченного действия, либо разовые артефакты. Вы можете отправить со мной слуг, которые будут распоряжаться деньгами. Так даже будет лучше...Я все еще не привык к деньгам... и плохо определяю  сколько должно что стоит.

Крылан замолчал, отворачивая голову в сторону. Рука все таки поднялась к лицу и коснулась  век,  кожа на которых была причудливо пигментированы черным - создавая эффект нарисованных стрелок, как у женщины.
— Глаза...это заклинание, оно всегда? Должен ли я вырвать себе глаза, чтобы избавиться от него? Или новые глаза остануться так же не пригодны?

Отредактировано Доминго (2019-08-13 02:25:12)

+1

11

Stay
You'll see we share the pain right here
The heat is here to stay, it burns our way
I've come to guide us out of here

«Уверен?»
Как хотелось бы задать этот вопрос танцору.
Кристиана перманентно окружали те, кто – сразу или со временем – приносили разочарование в его жизнь щедрыми порциями.  Именно поэтому принц старался не засиживаться в замке, не ограничивать себя делами, связанными с управлением государством и прочими исключительно занудными задачами. Он часто выбирался и за пределы столицы, несмотря на предупреждения вроде «Там опасно» и «Ваше Высочество, Вы совсем не дорожите собою». Как раз наоборот – Кристиан дорожил собою чрезмерно. Вообще, наверное, он никого так не любил, как себя, и глупо было бы утверждать обратное.
Сейчас, впрочем, его поведение было, как на ладони.  Необходимость физического влияния на Доминго…несколько удручала. Хрупкая птичка, которую, словно вещь, притащили во дворец, вызывала у Его Высочества странные, очень двоякие чувства.
Именно это злило и заставляло сейчас метаться внутренне из стороны в сторону, кратковременно лишало покоя на протяжении нескольких недель.
С чего бы это вдруг так?
- А разве я имел в виду урок танца? – усмехнулся монарх, сложив руки на груди.  Премного забавное понимание мира, не иначе. Принц постепенно начинал мириться с тем, что Доминго – слишком другой. В том  и была его прелесть. – Заметь, ты додумал это сам,  Икар, я же ни слова не сказал о танце. Однако же…у меня есть мысль, что то, что мы оба получим в результате, будет куда сложнее и прекраснее набора движений, даже самого необычного.
«То, что я видел раньше и то, чему старательно учили Какью, нельзя будет сравнивать с тем, что принесет мне это крылатое создание на кончиках своих пальцев. Именно поэтому представление должно остаться в стенах этого дворца.
Ты делаешь это не для всех, Доминго, не всякие глаза должны лицезреть тебя.
Увы, тебе придется смириться с этим».

То, что вольная птица станет жить по чужой указке, казалось по началу чем-то диким. Точнее, могло бы показаться, если бы принц не привык к тому, что все кругом подчиняются, прогибаются и спешат выполнить первую волю господина.
Доминго же в действительности не казался принцу зверьком, пусть даже и был он каким-то по-особенному забавным.  Ему многому предстояло научиться, многие отношения постичь, но…смогут ли они сейчас определиться с тем, как следует вести себя дальше? Уловка с медом и ломающим ребра заклинанием была только предлогом. Если в остальное время придется действовать так же, то…
«Я разочаруюсь. Нет, правда.
Ты не знаешь правил, но каким-то немыслимым образом выходишь сухим из воды. Вина регенерации? Или что?»

Как было задавать танцору эти вопросы, если пришлось бы постоянно останавливаться и объяснять, что какое слово обозначает. Судя по тому, что Доминго был неграмотным и попросту не знал банальных слов, означавших  грех или добродетель…с ним придется общаться до банального просто. Это несколько напрягало.
Танцор вновь ставит ему условия одним только своим существованием.
Жаль. Кто бы знал.
Заслышав последние слова, прозвучавшие особенно ярко в этом сплошном потоке растерянности и незнания, Кристиан сдержаться уже не смог. Негромко рассмеялся.
- Потрясающе! – он даже хлопнул в ладоши несколько раз, но чтобы Доминго не принимал это как личное оскорбление, тотчас же сделался серьезным. – Ты что, выходит, и глаза себе новые вырастить можешь? Удивительное создание.
«Он действительно был бы идеальным воином.
Отрежут такому руку в бою – и он не то, что жить останется, так еще и новую конечность со временем отрастит.  О, хотел бы я знать, как же проходят войны у его народа – если они вообще есть. Режут, наверное, друг друга до потери пульса».

- Но все же, Доминго, давай мы не будем с тобой пачкать балкон и заниматься членовредительством, - именно в таком порядке, все верно. Сначала запачканный балкон, к которому у слуг-сплетников, несомненно, появятся соответствующие вопросы и опасения, а затем уже поврежденные части тела. – Заклинание скоро уйдет, но я должен предупредить – если будешь зазнаваться, призову что-нибудь посерьезнее. К твоему несчастью, я полагаюсь на магию очень часто. А что же касается слов…
Молодой человек чуть склонил голову набок, окидывая растерянного танцора взглядом.
Даже в таком состоянии он был неимоверно хорош собой.
- Чистые помыслы – это то, что я говорю тебе сейчас, стараясь не скрывать своих желаний и намерений. Ты все слышишь. Ты все чувствуешь. А я не желаю тебе зла.
Он подошел еще чуть ближе.
Тыльная сторона ладони очертила линию скул и спустилась к подбородку танцора.
- Сострадание – это то, из-за чего я не убил тебя тогда, в клубе, - продолжил пояснять принц. Он прикусил губу, словно исследуя в этот момент реакцию едва видевшего танцора, и добавил:  – Хотя мог бы, несомненно. Но ощутил необходимость помочь.
«Хотя ты говорил, что не владеешь магией…
Лжец».

- Милосердие, - Кристиан щелкнул пальцами, останавливая досрочно действие заклинания. Через несколько минут такой акт вандализма против магической ткани непременно ему аукнется. – Это то, что дает мне силы терпеть все твои выходки. Оно стоит рядом с волшебным словом «терпение». Но запасы такового у меня – очень малы, к сожалению.
Принц вздохнул и отошел в сторону, чуть опустив взгляд.
Неоднозначно, очень неоднозначно. Все эти разговоры они…даже несколько опустошали. Что за магия была в этом танцоре? Почему с ним все так сложно? Только ли из-за того, что он – непонятное для этого мира создание? Причин может быть масса, оттого танцор еще жив, здоров и невредим.
- Идем со мной, - принц круто развернулся и шагнул прочь от балкона, стараясь не смотреть на Доминго. – Мне нужно кое-что тебе дать.
«Чтобы ты снова пропал на пару месяцев, уже более безопасных для тебя».

+1

12

« Чему принц так рад? »
подчеркнуто восторженные эмоции, каждый раз когда вскользь упоминались его способности к самоисцелению, несколько настораживали Доминго.
« Обычно радуются тому, что отвечает твоим желаниям и интересам...Чему принцу может быть выгодна моя живучесть? » 
Будь на то его воля, он бы молчал как можно больше об этом. Но Ян который знал почти все об истинных возможностях тела танцора, был подданным принца и  не стоило заблюждаться, что молчание сейчас, спасет от того, если принцу вдруг станет действительно любопытно. Один приказ, и у Кристиана будет на руках все о чем знал либо догадывался Ян.
Раздражение вспыхнуло сильнее постепенно перерождаясь в едва сдерживающую злость. Без того недружелюбно хмурые морщины между бровей только углубились, делая лицо танцора не податливым
— Глаза, руки, ноги, крылья, внутренние органы, не глубокие травмы мозга... — Доминго говорил подняв глаза к небу, перебирая в памяти самые масштабные из своих физических потерь. В итоге неприязненно передернув  крыльями с ощетинившимися во все стороны оперением, с долей холодного вызова посмотрел на принца.
— Если это не будет мгновенная смерть, то восстановлюсь. Хотя полная потеря  конечностей или крыльев занимает от нескольких месяцев до года на восстановление. Ваше любопытство удовлетворено Ваше Высочество?

Наверное он бы злился и дальше, но принц неожиданно сделал невероятно правильную вещь, пусть и не подозревая, что его прикосновение может иметь столь сильное воздействие на настроение танцора.

Белая рука очертив высокие скулы танцора, погладила подбородок. Не спрашивая разрешения, не требуя ничего взамен.
Доминго почти мгновенно расслабил напряженные плечи, разгладились раздраженно изломанные брови.

Прикрывший глаза танцор, не пытался увернуться от коснувшейся руки, как и не последовал за ней что бы продлить ласку, но вся его фигура теперь излучала спокойствие, а до этого беспокойно встопорщенное оперение, медленно укладывалось обратно в ровные ряды.

Доминго успокаивался когда его касались другие, эта привычка вросла слишком глубоко в него, что бы суметь быстро отринуть ее на этой чужой ему планете, где для прикосновений к другому всегда нужно было либо разрешение, либо власть, чтобы игнорировать чужие желания, а что хуже всего, “разрешение” на прикосновения часто приравнивались к согласию на еще десяток никак не связанных с этим действий. При этом сам Крылан не испытывал потребности бесцельно коснуться чужих ему людей.
Это была прерогатива Альф - в молчании быть избалованными нежными прикосновениями от любого, кто встречал их на улице, принимать тепло чужих ладоней оставаясь неподвижным. Не требуя, не прося, не стремясь, просто принимая.

http://s5.uploads.ru/t/Mhn1Q.png

— Примерно понятно.
« ...Но я буду искать обратную сторону этих слов. Их тень. Плохой опыт связанный с ними и то, что может мешать проявлять эти чувства, отталкивает от них.»

Как и с “Икаром”, Доминго фокусировался на центре истории, его самом узком значении в глазах других. Важно не то, что обозначают слова, а то, какой опыт с ними связан, к чему в жизни приводит проявление милосердия, чистых помыслов и сочувствия. 

« И все же...Сострадание - в чем его отличие от любопытства? Если Милосердие можно назвать синонимом терпения, обозначает ли это, что милосердие, как и терпение приравнивается к - личному интересу на будущее? Но как назвать “чистые помыслы”? Бесстрашие? »

Аккуратно перекатывая на языке слова, словно ступая по чрезвычайно тонкому льду, в надежности которого не до конца уверен, Доминго стал рассуждать вслух.
— То есть Ваше Высочество хочет увидеть представление о себе? О том кем вы являетесь, а не хотели бы стать или были, но потеряли? Эти чувства, не то, что вы ищите, а то что в вас уже есть, то что вы уже продемонстрировали мне...
Танцор замолчал, резко вскидывая голову, долю секунды ошарашенно изучая принца словно видел его впервые в жизни. Даже крылья за его спинной настороженно полу раскрылись, готовые помочь танцору дать деру в следующую секунду.
Доминго закрыл глаза и с усилием надавил указательным и большим пальцем на свою переносицу, массируя. 
— Я должен поставить представление о нас? Или я опять неправильно вас понял Ваше высочество?
Он не глядя сделал шаг за принцем, но в итоге наступил на разбитую чашу, пачкаясь в золотой медовой  лужице липкого лакомства.
« Да чтоб...»
Доминго поднял запачкал ногу к своему лицу, с хмурой брезгливостью осматривая потеки меда на пальцах и сгибе стопы, вздохнув отпустил оставив согнутой в колене,  и поморщившись уже от легкой боли положив руку на ноющую грудь.
Ребра почти полностью выросли новые, но на что бы полностью рассосались мелкие осколки костей нужно было немного больше времени, и когда он резко двигался, они все еще кололи легкие.
— Здесь есть поблизости фонтан... — без выражения сказал он, покачивая грязной стопой над полом, балансируя как цапля на одной ноге

Отредактировано Доминго (2019-08-14 14:18:49)

+1

13

https://i.gifer.com/XEtp.gif

Кто бы знал, как ему надоело угрожать.
На деле Кристиан знал, что страх это отличный метод управления подданными, и вряд ли есть что-нибудь (помимо глубокого уважения), способное заменить страх. Было очень много людей, которые наследного принца уважали – его вклад в восстановление планеты был колоссальным. Были и отдельные личности, которые, подобно Оливии, требовали бережного к себе отношения и что-то там верещали про любовь.
Но третий тип самый примитивный и удобный, в общем-то.
К третьему типу относились запуганные.
Сюда входило большинство слуг и рабов – именно страх толкал их жизнь по дорожке и не давал свернуть куда-либо еще. Нельзя – споткнешься, упадешь, повредишь свою драгоценную шкурку и станешь никому не нужен.
«Интересно, Доминго боится за свою шкуру?
Да, наверное, как и все, хотя с его поразительной регенерацией я бы не стал лишний раз беспокоиться.»

Итак, главный вопрос дня: к какому из типов следует отнести танцора?
Он не глуп и весьма уверен, решителен в собственных действиях. Значит, страх можно отмести сразу, как нечто, недостойное Альфы.
Оставались уважение и любовь. И если с уважением можно было повременить, дать время и повод для взращивания семян на столь благодатной почве, то с любовью…С любовью все было неимоверно сложно. Мгновенно у принца в голове зародился очень любопытный вопрос, который, непременно, стоило задать Доминго при случае.
Умеют ли такие, как он, любить? В чем это выражается? Как проявляется?
И самое интересное – любил ли когда-нибудь сам Доминго?
«Глядя на него, можно предположить все, что угодно. Любовь, смерть и любые жизненные испытания, которые выпали на долю этого создания. Просто так танцевать в ночных клубах едва ли кто-то пойдет, хотя он и пришелец с такой необычной внешностью».
Нет, его любопытство не было удовлетворено. Оно разогрелось больше во сто крат.
- Они есть, ты прав, - слова почему-то давались теперь принцу тяжело. Да и весь он, казалось, как-то сник – своими фразами чудо-танцор попадал точно в цель, хотя, может быть, и не подозревал об этом. – У меня вообще много чего есть, но не все я готов демонстрировать тебе или кому-то еще.
«Даже сестре.
О некоторых костях, которые я храню в старом саду под высохшим грушевым деревом, не стоит знать даже ей».

- Это к вопросу о чистых помыслах, Доминго, - спешно пояснил Кристиан. – Я стараюсь как можно меньше утаивать от тебя или других то, что думаю, но не всегда это получается. Понимаешь, в нашем мире не одна сотня правил, и мне, как правителю, надлежит соблюдать их великое множество. А потому очень многое из того, о чем я на самом деле думаю, я вынужден так и оставлять в мыслях. И если ты можешь сказать о чем-то, что тебе не нравится или беспокоит напрямую, то я таковой возможности лишен.
Это лишь кажется, что у королей – полнейшая свобода действий и выбора. На самом же деле глупцами были те, кто считал так. Быть правителем это день за днем вгонять себя в железные рамки. Держать спину, улыбаться, решать сотни вопросов и на каждую проблему иметь заранее по несколько решений.
Признаться, это…утомляло.
- О нас? – принц остановился и улыбнулся. До жути ему было бы любопытно увидеть, как танцор трактует это «о нас». Как станет это показывать и что именно захочет рассказать в наборе прекрасных движений? – Что ж, если тебе будет комфортнее сплетать историю о нас, да будет так! Язык тела, я думаю, скажет намного лучше, чем твой обыкновенный. К слову, я давно хотел спросить… - Кристиан сделал многозначительную паузу, ощутив вдруг острейшую необходимость подойти поближе. Что он и сделал, задерживая взгляд где-то в центре лба Доминго. – Как давно ты танцуешь? Я к тому, что…я едва ли могу сравнить твои движения с кем-то, кого я уже видел. Я отлично помню представления, которые случались в замке, когда я был еще мальчишкой. И ни одно из них не было похоже на то, что делаешь ты. Может быть, я ошибусь, предположив, что…танец это нечто особенное для тебя и твоего народа?
«Каков вообще твой народ? Боги, да я же вообще ничего о тебе не знаю»..
Это так опрометчиво  - приглашать в дворец того, о ком знаешь так мало – только красивый танец, симпатичную мордашку и умение расчленять людей в порыве ярости.
Очаровательно.
Порою увлекаясь разговорами, Кристиан переставал замечать то, что происходило под носом.
- Фонтан, говоришь? – Его Высочество усмехнулся, глядя, как забавно смотрится Доминго на одной ноге. Да еще и перепачканной сладким лакомством. Любопытно… - Тогда там и встретимся.  Я зайду к себе, захвачу кое-что для тебя.
К себе – это в лабораторию, в которой монарх в последнее время проводил едва ли не каждую ночь. Днем все еще кипела работа по восстановлению, а вот ночь была целиком и полностью предназначена для утех.
Как телесных, так и интеллектуальных.

+1

14

Доминго оставив вопрос принца без ответа, резко подпрыгнул на месте, используя только одну ногу, на высоту пяти метров, уже в воздухе распахивая крылья на всю длину,  ударяя ими, взлетая еще выши.

Ложась на крыло, он  по дуге спланировал к фонтану, спрятавшемуся между деревьев.
Приземлялся мужчина ногами в воду, поднимая тучу брызг вокруг себя.  Свободные шаровары моментально промокли и липли к телу, как вторая кожа.
Прихода принца, крылан дожидался, сидя на бортике фонтана, болтая ногами в прозрачной воде.

Стоило только показаться знакомой фигуре принца, как  танцор заговорил первым, не торопясь, осторожно подбирая каждое слово неродного языка, пытаясь не оставить и малейшей возможности, в итоге оказаться неправильно понятым.
— Ваше высочество я просто не могу много рассказывать про свой дом. Вы и многие другие люди на этой планете слишком могущественны. Ваша магия.. к ней невозможно привыкнуть. Если ваш народ найдет путь на мою родную планету, это будет бойня. Я не хочу этого, пусть на родине у меня и не осталось тех с кем я связан кровью. Я не имею права говорить о том, что может стать в будущем подсказкой где искать подобных мне или о том, сколько нас и как развита цивилизация или быт. Вы понимаете? Вашему Высочеству не стоит опасаться, подобные мне не придут войной на эту планету. Я сам попал сюда... это случайно, то что случится лишь однажды. Второго раза не будет.

Спрыгнув с бортика фонтана, Доминго встряхнул чуть влажное оперение, разбрасывая мелкие брызги вокруг, и только затем подошел к принцу ближе, напряженно следя за лицом молодого мужчины в чьих руках была сосредоточена вся власть и ответственность на этой планете. 

.— Танец... — Доминго нервно дернул уголками рта, его взгляд потемнел, но он заставил себя продолжить.
В конце концов эта информация не была опасной для Крыланов.
Скорее правда была...неприятной для него лично, но не более того. 
—  Для нас... для меня он не отличается от того, чем он является здесь...И одновременно разница огромна.  Основное значение танца - завладеть мыслями и чувствами смотрящего. Вызвать желание. Влюбить. Убедить стать твоей парой.  Стать единственным в ее глазах. Мы танцуем только для одного зрителя,  того чьей взаимности хотим добиться.  Я не хотел танцевать. Но я слишком мало знаю о вашем мире, чтобы обеспечить себе жизнь умственным трудом и одновременно с этим, мои кости слишком хрупкие, чтобы я мог работать физическим трудом, не требующим знаний. В итоге единственное, что я мог продать толпе, в обмен за еду, это танец.

В эту минуту Доминго было действительно жаль, что он так плох в чтении чужих лиц.
Ему было даже сложно сказать красив ли Кристиан или нет,  Крылан конечно отмечал для себя, как сильно  принц выделяться из толпы, что взглядом, что жестом и просто пылающим цветом насыщенно алых, словно пропитанных артериальной кровью волос, но насколько  он ярок в глазах аборигенов?
Насколько подавляет просто своим присутствием?
Все это было бы полезно знать, но у танцора не хватало  опыта и навыков.  Доминго даже не мог толком решить однозначно, является ли  он сам красивым здесь, либо в большей степени именно пернатой диковинкой.

Отредактировано Доминго (2019-08-15 17:43:33)

+1

15

Брызги от воды красиво переливались на его теле. Как будто сама кожа танцора наполняла капли чудодейственной магией, преломляла свет как-то по-особенному. Но даже сейчас принц не сумел бы дать внятный ответ на вопрос, что именно привлекало его в Доминго.
Что вообще в этом крылатом существе могло привлекать?
Первое, разумеется – это крылья. Кристиан никогда не скрывал, что питает слабость ко всяческим дополнительным частям тела, которых сам был лишен. К крыльям он относился с особенным трепетом, и всегда искал возможность окружить себя крылатыми созданиями. Можно ли было сказать, что Доминго просто помог счастливый случай? Вероятно, но это не совсем так – виновен был не только случай.
Итак, что же еще?
Тело, взгляд, дыхание…способность приворожить движением?
Это все слишком банально и просто. Кристиан пытался отыскать причину глубоко внутри себя, но находил там одни сплошные банальности. Это несколько удручало молодого правителя, но заставляло работать дальше.
Ведь что может быть увлекательнее поисков? Наверное, только предельно откровенный и честный разговор с обладателем самых белоснежных перьев во всем квартале.
Принц с трудом удержал себя от смеха, и его выдержке могли бы позавидовать многие. Доминго был…таким наивным и странным созданием. Кристиану действительно даже не с кем было его сравнить. С ребенком? Да нет, дети были совершенно другими, маленькими копиями взрослых. Доминго же был взрослой птицей с большими мозгами и маленькими знаниями.
- Доминго, при всем желании я бы не стал развязывать войну с какой бы то ни было планетой, - Кристиан чуть развел руками, показывая, что абсолютно честен в собственных признаниях и намерениях. – Ты просто не знаешь, какой процветающей  и чудесной планетой была Кинмоку до того, как здесь случилась беда. Сейчас мы успешно восстанавливаем столицу и окрестности, но работы здесь – бесконечный океан. Я не думаю, что в ближайшие десять-двадцать лет мы вообще будем задумываться о каких-то враждебных вылазках.
«Нужно быть совсем глупым, чтобы бросать силы на какие-то склоки и даже разведки, если они не связаны с благополучием всей планеты.
О, дел предстоит немало, а воины слишком ценный ресурс.»

Принц с удовольствием следил за изменениями на прекрасном лице танцора – до этого на нем была осторожность. Несмотря на акцент, Доминго, кажется, обдумывал смысл каждого слова и даже пробовал его на языке.
Что же, если он станет обучаться, то сможет своим красноречием разбить многие мудрые умы в Зейтуне.
Из рассказов танцора у принца в голове постепенно рождались картины. Совершенно причудливые – например, изображавшие ритуальные танцы – в костюмах или без, с реквизитом или без такового…На высоте невообразимой или у самой земли. Причудливые это были узоры или простые, но понятные твоему избраннику или избраннице? Где исполнялись эти танцы для одного зрителя?
Все это очень напоминало птичьи повадки: Кристиан читал о некоторых видах птиц, которые именно «танцем» привлекают к себе партнера. У отдельных видов было также красивое оперение – непременно, у самцов. Самки чаще всего были блеклыми и невыразительными, но им этого было и не нужно. В животном мире все в большинстве случаев устроено просто: самец должен завоевать самку.
Альфа должна привлечь внимание Омеги. Или наоборот?
Принц не заметил, как закрыл глаза, и на лице его воцарилось блаженное спокойствие. Речь Доминго, хоть во многом и неправильная по акцентам, ударениям и сочетаниям букв, почти убаюкивала. Это была очаровательная неправильность, которая только приукрашала облик Доминго, как золотая бусинка.
Вот еще одна вещь, которая отчего-то нравилась принцу.
Да, он решил – ему определенно по нраву голос Доминго.
- Ты изумительное создание, - наконец, выдохнул он, все еще не открывая глаз – веки слегка трепетали. – И я услышал тебя.
Снова вздох, но теперь уже более сдержанный, чем предыдущий. Кристиан сжимал в руке пару небольших колбочек, в которых плескалась, поблескивая, темно-красная жидкость. Она бы напоминала цвет его волос или крови, если бы была чуть посветлее. В процессе работы принц  позволил себе несколько поэкспериментировать с элементами, добавив к формуле новый ингредиент, и зелье получилось именно такого цвета.
- Если воспоминания о твоем народе как-то…тревожат тебя – я не буду больше спрашивать, - произнес молодой человек. – Но мне было очень интересно узнать, что для тебя танец. Наверное, для тех, кто образует впоследствии пару, такой танец становится чем-то совершенно незабываемым. Уникальным. Танец, предопределяющий судьбу. Танец, открывающий чувства.
Кристиан вытянул руку и взял ладонь Доминго в свою, не лишив себя удовольствия чуть задержать касание и коснуться подушечек пальцев танцора.
Поднял взгляд, приободряя одним только взором.
- Возьми, - принц вложил в ладонь крылатого два пузырька, наполненных зельем, и самостоятельно закрыл чужие пальцы в кулак. – Это на первое время, чтобы сдерживать твою ярость и чтобы ты не навредил кому-либо, в том числе, и себе. Принимай раз в день по пять капель, после еды. Должно помочь, а если нет…То мы придумаем кое-что более совершенное.
Принц умолчал о том, что более совершенное уже было в стадии разработки.
Пускай это будет сюрпризом.
Кристиан чуть склонил голову набок, улыбаясь, и поймал вторую ладонь танцора, словно ища собственного спокойствия. Доминго не дергался и не вырывался из рук – это удивительно, ведь птица всегда стремится упорхнуть прочь от двуногого.
- И последний вопрос, - принц разглядывал причудливо очерченные глаза Доминго. Веки, ресницы, а позже черты лица. – Танцевать для одного у тебя на родине и делать то же самое здесь...это разные вещи?
Вопрос, волновавший с самого начала, на который принц не рассчитывал получить ответа.

+1

16

+

Ему нравились руки.
Ему нравились прикосновения.
Он привык к ним.
Если тебя кто-то касается - значит ты часть группы.
Тепло ладоней, что удерживает твое сознание от падения в пучину безумия.
Возможность оставаться нежным.
Путь как можно дольше не становиться агрессивным и опасным для всех животным которым управляют только инстинкты и сиюминутные желания.
От простых легких прикосновений, его тело излучало тихое как море в штиль спокойствие, Доминго можно было бы принять за скульптуру сделанную из плоти и крови. Температура тела колебалась от 39 до 40-41 во время полета, как и у большинства птиц на Кинмоку. Горячий и безразлично спокойный, на самом деле все его чувства сейчас были сосредоточены на ладони, там где принц касался.
Сколько раз он оказывался неверно понятым, точно также покорно застывая от случайных прикосновений к своему телу, обнаженной коже?
Сложно сосчитать.
Но каждый раз как в первый, стоит протянуть руку и он не оттолкнет, не увернется.

Не открывая глаз, Доминго медленно попытался ответить так, чтобы объединить вместе все вопросы принца, одновременно обходя опасные моменты касательно его народа.
— Хотя мы условно делим себя на три класса - Альфы, Беты и Омеги, на самом деле это два народа, которые научились взаимовыгодно сосуществовать друг с другом. Беты получают защиту Альф, за это заботясь о наших женщинах, слабых Омегах. Мы достаточно разные, что бы не могли смешать кровь, иметь детей. Бетты более развиты, они отвечают за строительство, еду, передачу накопленной информации и законы. Хотя Альфы сильнее... мы именно воины.
— Чем ты старше, тем тоньше грань между сознанием и боевым трансом. Это становиться опасно для окружающих.

Пауза,  его тонкие губы сломала кривая полуулыбка.
— Ваше Высочество я стар. — Сказал Доминго с лицом двадцатилетнего мужчина, сохраняя все то же удивительное спокойствие. все было в порядке, пока его касались.
Темные пальцы сжали сильнее “лекарство” данное ему. В последнее время раздражение снова стало накапливаться, Доминго замечал, что становиться вспыльчивым и даже сладкий мед, что таял на языке даря наслаждение, не сильно снижал общий уровень стресса.
— Старше любого Альфы из тех, что когда либо встречал. По вашему времяисчислению, я посчитал, мне уже сорок лет.
Крылья  резко, порывисто расправились за его спиной, но так же быстро сложились обратно, лишь обдав волной воздуха.
Наклонив голову на бок, он потерся щекой о собственное плечо. Не будь заняты обе руки, то он привычным жестом взъерошил на затылке коротко остриженные белые волосы, как будто стирая этим жестом все нежелательные эмоции и воспоминания.
—  Ваше высочество, глядя на взаимо влюбленных как много вы сможете на самом деле понять о них, каждом жесте, слове? Тот танец, становиться особенных для них самих, чьи чувства встречаются в небе. Для остальных... это просто красивый танец, не более. Пока ты сам не вовлечен и твои чувства остаются беспристрастны, чужая радость не ослепит.
Именно поэтому, планируя танец, я пытаюсь найти то, что вырвет смотрящего из его безразличного состояния. Но мне часто не хватает знаний о ваших обрядах и привычках...Для меня нет разницы, танцую я для вас или ...раньше. Танец, это всегда язык на котором говорит тело. Для вас это проблема Ваше Высочество?

Доминго так и оставался тихой скульптурой самому себе, с закрытыми глазами, все время пока принц касался его.

Отредактировано Доминго (2019-08-17 20:12:08)

+1

17

Новая история соединялась со старой, и сложно было думать. Не столько думать, сколько соединять одно с другим - ведь сколько еще всего откроет ему этот человек-птица?
"Удивительно, как похож он на нас. Удивительно, как не похож. Мне легко с ним общаться, хотя я не сказал бы, что до конца понимаю его или в его сердце мои слова находят какой-то особенный отклик. Может быть, со временем эта преграда исчезнет, мне станет еще проще.
Когда я найду способ, когда сделаю тебя еще более приближенным к привычной нам всем реальности, то ты продолжишь говорить со мной...как?"

- Стар, - принц повторил слово, пробуя его на языке, силясь проверить, точно ли можно определить его по отношению к Доминго. Получалось не слишком хорошо. Понятие "старость" от прекрасной внешности человека-птицы стояло в отдалении настолько большом, что вопреки любым мысленным усилиям Кристиан не сумел соединить их.
Принц смотрел за каждым движением танцора.
Мысленно, разумеется, коря себя за это, он сравнивал то, что видел в богато убранном зале "Смеха в ночи", потом в комнате с темными стенами, обильно после смазанными чужой кровью, как хлеб маслом, и потом уже то, что он увидел в неподвижном, бессильном человечке.
Доминго отчаянно нуждался в движениях, это было заметно.
Никакое заклинание не удержало бы его надолго.
Хотелось ли мириться с этим?
Принц знал - каждый богатый господин, увидевший Доминго, хотел его себе. Из-за черт лица, белых волос, бронзовой кожи, крыльев или той непередаваемой пластики движений - не столь важно. Желание было однозначным, и чаще всего касалось оно именно чего-то телесного.
Принц знал, что и сам захотел тогда танцора, захотел коснуться, взять в ладони перья, провести рукой по ключицам и долго искать на совершенном теле какой-нибудь изъян.
Принц знал, что может взять то, что хочет.
Что знал он о Доминго, и что танцор знал о нем? Упивался ли желанием чужих или страдал от того, что ему приходилось, фактически, ломать себя, прогибаться под действительность?
- Это не проблема, - наконец, со вздохом вырвалась первая фраза. Чем более подвижным становился танцор, тем, казалось, сильнее сосредотачивался и стремился замереть Его Высочество. Любопытный эффект противоположностей. Едва ли каждая птица сможет так. - Проблема в твоих чувствах. Ты знаешь, что такое Искренность, Доминго?
Монарх двинулся в сторону, и с каждым шагом в голове становилось все тише.
Внешняя пустота и внутренняя - идеальная гармония. Или..?
"Нет, ты ничего не знаешь. Это для тебя язык тела, способ приковать к себе взгляд, не так ли? Ты используешь себя для того, чтобы выжить здесь, и эта цель вполне понятная, в каком-то смысле благородная. Не знаю, довелось ли тебе побывать в постели господ до меня, не знаю, как низко удалось тебе пасть вне сцены. И я не уверен, что мне хотелось бы узнавать это.
Даже в таком случае - лучше от тебя, чем от других."

- Ты показываешь себя. Представления...Ты находишься здесь или...где-то еще? - принц говорил медленно, разжевывая каждое слово, заприметив эту черту в танцоре - лучшее понимание при медленной речи. - Танец - это попытка влюбить, там, откуда ты родом. Здесь у тебя есть что-то другое и...мне очень интересно. Что это такое? О чем ты думаешь настолько сильно и увлеченно, что владеешь чужими глазами вплоть до самого финала? Это мне интересно знать. То, что ты ощущаешь по-настоящему. Эмоции. То, что зовется искренностью. Внутри.
Кристиан резко развернулся, окидывая взглядом фигуру танцора.
На сегодня он уже дал достаточно.
Время замедлять ход событий.
- И еще.
Золотистые глаза чуть сузились, и если бы этот зрительный контакт можно было превратить в нечто ощутимое, на бронзовой шее танцора неминуемо сжались бы холодные тонкие пальцы.
- Я - не все. Это то, что тебе следует, - аккуратное движение пальца в сторону собственного виска, - хорошенько запомнить.
"Понять. Принять как данность. И держать в своей груди, когда я увижу тебя в следующий раз".
Сад опустел, оставив лишь умиротворенное журчание фонтана.

+2


Вы здесь » Сейлор Мун: узники Кинмоку » Архив прошлое, альт » Dance beneath the moonlight