Вверх страницы
Вниз страницы

Сейлор Мун: узники Кинмоку

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сейлор Мун: узники Кинмоку » Архив прошлое, альт » флешбэк Eternal Sunshine of the Spotless Mind


флешбэк Eternal Sunshine of the Spotless Mind

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://sd.uploads.ru/nRXkO.gif
How bout me not blaming you for everything
How bout me enjoying the moment for once
How bout how good it feels to finally forgive you
How bout grieving it all one at a time
Thank you Kinmoku
Thank you terror
Thank you disillusionment
Thank you frailty
Thank you consequence
Thank you thank you silence

Действующие лица:Принцесса Какью, Наама.
Время, место, погода, обстановка: 16 июня, первая половина дня. Центр столицы. Солнечно, жарко, людно, все как всегда...но не совсем. Вечером обещают песчаную бурю.
Пролог: Принцесса не искала встречи с белой змеей. До этого дня, она даже ничего не знала о ее существовании, неких  змеиных питомниках расположенных глубоко под землей и о том, какими особыми талантами обладают разводимые  словно  обычный скот, разумные полузмеи-полулюди. Но Наама заприметив принцессу в толпе, сама подошла к ней с предложением от которого куда легче  испугаться, чем ответить согласием.

+

+2

2

Разговор с Ивейн по душам накануне поздним вечером частично даровал девичьей душе спокойствие, но ясность ума и трезвомыслие хоть и вернулись, не помогли найти ответов на вопрос, что теперь делать с братом. Однако после капель, что принцессе дала наложница из гарема Кристиана, спалось действительно спокойно и долго.

Какью проснулась в приемлемом самочувствии и, что скрывать, опустошенном настроении. События прошлого дня оказались столь перегруженными эмоционально, что девушка была не просто подавлена - у нее была апатия. С Ивейн они договорились, что сегодня сходят вместе в город погулять, но до встречи было еще много времени, а сидеть взаперти Оливия больше не собиралась. Поэтому с помощью служанки умывшись и одевшись в на сколько это было возможно простое платье для выхода в город, покинула свои покои в направлении комнат метеоров. Сегодня хотелось защиты из вне, а в нынешней ситуации эту защиту могли обеспечить только старлайты.
Таики, как всегда, отсутствовал - уже где-то в недрах библиотеки рылся в поисках старинного справочника, поэтому на завтрак пришлось идти неполным составом - с Сейей и Ятеном. Девушка спрашивала всевозможные отвлекающие моменты: отчет о проделанной на днях работе, о том, как молодые люди проводят свободное время, видели ли кого-то из сенши, как у тех дела обстоят, кто как обустроился. Напрямую, можно сказать, Какью знала только о Харуке, которая была начальником дворцовой стражи; всех остальных раскидало чуть ли не по всей КинМоку, что огорчало принцессу. “Их сила в сплоченности, в том, что они едины, когда вместе. Работать по одиночке не их стратегия”, - часто размышляла девушка, думая, как бы уговорить брата вернуть земным сейлорам память.
Позавтракав вместе со своими защитниками, Какью с тяжелым сердцем и легкой мягкой улыбкой на губах отпустила тех по делам, убедив, что с ней все в порядке, она не нуждается в опеке и у нее есть дела. Не нужно было никому знать, что принцесса подружилась с обитательницей гарема.

Девушки договорились, что встретятся уже в городе на центральной площади, потому что Ивейн надо было куда-то зайти. И то ли ведьма задерживалась, то ли Какью пришла рано, но девушка стояла одна, отвечая на приветствия прохожих добрыми словами, вкрадчивым голосом, нежной улыбкой и теплым взглядом. Подумав, что действительно пришла слишком рано, Оливия решила переждать немного в тени одной из выходящих на площадь маленьких уютных улочек, в которых всегда можно было найти прохладу и спасение от палящего нагаре.
Был час до полудня. Принцесса поправила веревочку на шее, которая была ее отличительным знаком при дворе - никто больше не носил таких украшений на шею, кроме Какью, откинула голову назад и посмотрела вверх. Небо было чистое и ясное, хвала трудолюбивым усердным магам, что достаточно быстро сделали его таким, но в воздухе уже витал тот ветер, который обещал только одно - песчаную бурю.
Будет и будет. В любом случае я в городе, а не в пустыне. Со мной ничего не случится, Кристиан ни о чем не узнает. А даже если случится и узнает… это все будет потом”.
Девушка поняла, как ей вообще в принципе надоело думать и беспокоиться о том, что будет когда-то потом, в будущем времени. Надоело волноваться о том, доживет она или нет до родов, увидит ли своего сына или нет, помириться с братом, найдет ли он способ, чтобы метеор выжила - все это было в будущем, мать его, времени. И совсем не было настоящего.
А сейчас было прекрасно, как оно есть. Оливия хотела, чтобы ей было прекрасно! Благо, слез больше не осталось после прошедшего дня - все уже пролиты по Кристиану, поэтому Какью просто прислонилась спиной к стене одного из домов, прикрыв глаза и вздыхая, и прислушалась.
Камень под пальцами, как и под поясницей, был прохладный, но в отличие от спины, которая была в одежде, руки могли почувствовать его шершавость, мельчайшие неровности, не всегда доступные глазу, но доступные прикосновениям.
Как когда-то Крис в моих руках”.
Отправная точка, после которой их отношения полетели одновременно в небеса и в тартарары.
И всему причиной была она, метеор.
Если б я могла хоть что-то обнулить!” - в сердцах подумала девушка. Она же не знала, что иногда надо бояться своих желаний - они могут исполняться.

Внешний вид без диадемы

http://s9.uploads.ru/5qXUr.jpg

+5

3

— Тереза милая смотри, никак принцесса. Сама.
— Шутишь! Откуда ей здесь взяться, совсем ослеп видать на старости лет.
— Старая посмотри на ее шею, украшение видишь? Ну и кто теперь из нас ослеп на старости лет?

Парочка старичков ненадолго замолчала, увлеченно разглядывая узкую улочку через створки распахнутых окон на первом этаже. В отдалении прислонившись к стене стояла стройная девичья фигурка, страсть какая хорошенькая и яркая и дело даже не в пылающих кроваво алым на солнце волосах и якобы простом платье из ткани высокого качества. Тут дело было куда как тоньше. В принцессе взгляды привлекал буквально сам воздух вокруг нее, выпестованная сотнями поколений царственных потомков генетика, это тебе не торгаш родители которого подзаработать денег купили дворянский титул. Эту девушку хоть одень в изодранные  обноски, обуй в развалившиеся галоши, застав работать до кровавых мозолей, да хоть измажь в навозе,  а все равно за десяток метров будет понятно, что ей в свинарнике не место и все происходящие лишь большой обман.
Не смешаться Оливии с рядами безродных служанок и рабынь, даже если однажды она захочет скрыться. В костях, коже, в чертах лица - как на страницах книги истории королевства, совсем невыносимым блеском недоступности, были запечатлены гордые отцы и матери что никогда не склоняли головы ( за исключением тех грустных историй, когда им рубили шею, но это ведь не считаеться?)
Кто то впитывает гордость с молоком матери, но в случае с принцессой Оливией гордость густо замешанная на царственности досталось ей даже не с первым криком, это чувство оказалось заложено предыдущими поколениями коронованных предков глубоко в ее гены. 
Это было просто ее - принцесса, королева.
Но старики, с их лицами густо испещренными глубокими морщинами за которыми крылось  прожитые года, наполненные не только счастьем, но и горем, трудностями и просто событиями которые проходили мимо них и рядом с ними, мудрые в своем спокойствии, эти двое стариков стоящие рука об руку у окна видели нечто большее чем ослепительную стать девушки.
Они видели ее грусть.
Стариков подобных им не обмануть красивой маской и мягкой улыбкой.
— Бедняжка, сердце болит на нее смотреть. Кто же с ней так...
— Что же могло случиться, так молода, а жизни чуть
— Мужчины!
— Тереза!
— Милый я не о тебе. Ты другой, но не всем же так повезло как мне, найти избранника подобного тебе. Кристоф поверь мне, если красивая девушка страдает с разбитым сердцем, всему виной какой нибудь проходимец!

Дальше слушать глазастую парочку старичков-профессиональных перемывателей чужих косточек и нижнего белья, Наама не стала. Да и зачем, все самое главное она услышала.
Иногда змее было почти до ядовитой слюны завидно, как именно видят мир все другие люди, ну как они могу столь много читать по лицам друг друга??? Ей с ее инфракрасным зрением подобный высший пилотаж если и снился, то в самых красочных снах, где все заканчивалось всегда одним - горы золота, она царь горы. Ох, как бы много она могла сделать, умей читать лица.
Но что уж сожалеть о том, чего никогда не получить, будем пользоваться тем что есть, например подкинутым самой фортуной шансом - несчастной и одинокой принцессой.

День начинался вначале почти размеренно скучно - она направлялась на главную площадь, чтобы дать представление с дрессированными змеями. Для этого у нее был свой гадюшник, десяток пестрых змей разных размеров и пород, личная коллекция самых красивых видов гадюк, большинство из которых были самцами, но это чистая случайность.
Гадюки тихо копошились в мешке за ее спиной, впрочем воздерживаясь от возмущенного шипения, первый урок - Наама “царь горы” они выучили быстро и слушались молодую нагу беспрекословно, даже в туалет лишний раз боялись попроситься. Просто никому из гадюк не хотелось пополнить коллекцию сумочек из змеиной кожи, которыми нага торговала по праздникам.

И все же когда нага подходила к принцессе растягивая тонкие губы в слегка грустной улыбке, ей двигало не только предвкушение большого заработка, но и сочувствие. 
Змея слишком часто видела на улицах плачущих девушек и женщин, обиженных их избранниками. Истории их как правило были разнообразны, но всегда щемяще грустный. А ответ на все советы всегда один “сердцу не прикажешь”.
О как сильно, до капелек смертельного яда на клыках ненавидела уже одну эту фразу!
« Что это за сердце такое, которое не хочет слушаться головы?! Да как оно смеет, голова главная и она в первую очередь должна решать куда пойти, что съесть и кого выгоднее любить. А сердце...если оно такое глупое и любит когда его обманывают, хорошо, обманем его еще раз, но последний »

Подойдя поближе  к принцессе, Намма  макушкой едва ли доставала той до живота.
Принцесса длинноногая с вытянутой утонченной фигурой потомственной аристократки была выше средней коренастой безродной девчонки с улицы, Наама же наоборот была ниже большинства, на вид почти как десятилетний ребенок, вот только выражение красных глаз с фосфорицирующими зрачками выдавал, что ей куда больше лет чем может показаться.

Не таясь, откинув глубокий капюшон с головы, сразу показывая кто она есть, девушка шипеляво спросила.
— Хоче-шш его забыть-с? Не один-с мужчина-с, каким бы он-с не был-с замечательным-с вначале-с, не стоит женских-с слез в конце-с. Хочешь-с забыть свою-с боль? Я могу помочь-с. Обмануть-с твое сердце, которое обмануло-с тебя и влюбилось-с в того-с кто подарил-с тебе одиноество-с.

Нама замерла, на самом деле готовая дать деру в любую секунду.
Трусливо вспотевшая ладошка, надежно скрытая под складками одежды, нервно сжалась на баночке с усыпляющим ядом. Стоит бросить такую баночку об землю, и воздух укроет облачко  усыпляющего яда, дав ей время на побег.

Змея отдавала себе отчет,  что рискует.
Ну в самом деле, КТО подойдет с такими словами к принцессе? Голова на плечах лишняя?! Так стражники тебе ее мигом укоротят.
Но еще нага знала - без риска не выиграть, пока ты семь раз отмеряешь, кто то один раз отрежет и оставит тебя нисчем.  Лучше попробовать и потом в худшем случае петлять по узким улочкам скрываясь от гнева принцессы, чем пройти мимо разговора стариков и до старости корить себя за упущенный шанс, который может бывает раз в жизни!

+4

4

Оливия была настолько глубоко погружена в свои мысли, что не замечала ни прохожих, внимательно вглядывающихся в принцессу, ни того, что происходило вокруг, поэтому поняла, что стоит не одна, только когда близ стоящая девочка, скинув капюшон, обратилась к ней. Удивленная Какью сама того не осознавая присела на колени, чтобы быть лицом к лицу с собеседницей. Ее речь, как голос и глаза, говорили о том, что к обычным людям незнакомка не относилась и вряд ли вообще была ребенком, хотя по рассуждениям очень его напоминала.
- Здравствуй, милое создание, - поприветствовала принцесса. - Раз ты предлагаешь помощь, то тебе самой она, видимо, не очень нужна? - девушка ласково улыбнулась, но взгляд остался грустным. - Никто не стоит наших слез, это правда. И все-таки люди плачут. Некий человек однажды сказал, что слезы нам необходимы, чтобы прояснять, очищать взгляд, - Какью протянула руку малышке, сидя на корточках перед той. - Как тебя зовут?
Если бы слезы очищали взгляд, у меня он был бы самым чистым и ясным во вселенной”, - грустно подумала принцесса. Слова незнакомки всколыхнули все, что осадком пепла крутилось в голове последние недели две.
- Как ты можешь мне помочь? - нет-нет, только не сейчас. Только не от простого предложения помощи. Она не может больше плакать - вся жидкость для этого уже кончилась в организме! Ей нельзя расстраиваться - она беременна! Надо подумать о ребенке!.. - Мое сердце меня не обманывало, - улыбнулась Оливия сквозь влагу, поблескивающую в глазах, и вытерла глаза кистью, убирая непрошенные слезы. - Просто всем свойственно ошибаться. Ошиблась и я.
А если малышка действительно может помочь? “Все забыть? Прямо сейчас? А ребенок? Его я тоже забуду? Но мы же познакомимся заново! А как тогда… с другой стороны, я не буду знать, кто отец, а если Кристиан заявится с правами на ребенка и даже убедит меня во всем, что это было правдой, как я отреагирую, забыв его?” - в голове поднялся ураган, буря, шторм эмоций и мыслей. Вот, ей протягивали руку помощи - только возьми и обо всем забудешь, что приносит боль. Побег - кажется, уже излюбленное решение проблем в жизни Оливии: сбежала с Кинмоку, когда Галаксия одержала победу, чтобы потом ее победила Сейлор Мун, сбегает теперь, чтобы освободить себя от страданий и брата от своей больной любви. Ребенок, только он, крошечный плод любви, что сейчас растет в ее чреве, будет камнем преткновения, отправной точкой соприкосновения, но не более. Справится ли она с новым положением? - Слишком много вопросов, чересчур много неясности, чрезмерное количество страха.
И последняя граница отчаяния, которую девушка перешла вчера, разругавшись с братом.
Наконец красные глаза с особенной радужкой, голос, речь, и вид незнакомки вытащил на поверхность знания о редком, почти вымершем виде жителей Кинмоку - нагах. Полулюди-полузмеи с фантастическими способностями, но, увы, слишком тяжелой судьбой.
- Ты живешь в городе? Ты же нага, да? - спасибо всем учителям, что так трудились на то, чтобы принцесса выросла более чем образованной. И стоило вспомнить, что наги практически маги среди создания всевозможных ядов. “Она может меня отравить”, - мысль, пронзившая и заставившая замереть все дальнейшие мыслительные процессы, отразившись на физическом облике - девушка застыла.
- Как ты хочешь мне помочь? - ведь неизвестно, как яд повлияет на ребенка, если незнакомка предложит выпить яд. Настолько ли Оливия смела, чтобы рисковать жизнью и здоровьем малыша, пусть и демона? И что скажет Кристиан, если она потеряет и память, и ребенка? “А так ли важно, что он мне скажет ПОТОМ?” - опять это беспокойство о будущем, будущем, столь скользком и почти угасающем для нее каждый день.
Нет, она не могла решиться на такое. Или могла?
Какью оперлась спиной о стену, все также сидя на корточках, с остекленевшими глазами. Принять решение - так легко. Подвергнуть опасности чужую жизнь - невозможно.

Отредактировано Принцесса Какью (2020-01-02 15:17:11)

+5

5

« Милое создание!? »
Так еще Нааму никто не называл. Нет, на самом деле конечно случалось, вот только в тот момент она была в полной экипировке: парик, искусственные человеческие зубы, фальшивая грудь сделанная из наполненных водой шариков спрятанных под одеждой ( опционально, иногда она разыгрывала из себя и ребенка). Но можно ли отнести те комплименты к ней настоящей, когда “жертвы” ее махинаций любовались лишь тщательно продуманным гримом и прочими обманками? Нет, определенно нет.
И тут вдруг, когда она такая какая есть, без всех этих бесконечных кружев, бантиков имя которым легион и прочей женской атрибутики, закутанная в бесформенный поношенный плащ с глубоким капюшоном, что при желании может скрыть половину лица...
На не таких первых слов она ожидала от принцессы.
« Поистине райская пташка, назвать нагу “милым созданием”, это при том, что с моей макушки на нее внимательно смотрит более сотни белых змей. Святая женщина, на улице трущоб таки не водиться, не выживают».
Но как говориться желание заказчика закон, хочет принцесса называть ее “милым созданием” ей не сложно, хоть пресмыкающимся назовы, хладнокровной гадюкой, главно потом заплати за сделанную работу.
— Мое-с имя не важно, достаточно-с, что я не стала скрывать того, кем являюсь. Только-с это по настоящему важно.  Вы ведь знаете-с... что подобные мне не живут рядом-с с-сс людьми и являются скорее “промысловыми животными”, чем признанной-с разумной расой. Что поделать-с, слишком-с большой бизнес, когда речь идет о действительно крупных суммах, то происходят поистине удивительные вещи. Тот кто нападает - неожиданно мученик который был вынужден-с защищать свою жизнь и своих детей...которых впрочем у него может и не быть. Главное что будет написано на бумаге, во что в итоге поверит большинство-с.
Нама снова накинула на голову глубокий капюшон и буквально через секунду в начале улицы показался случайный прохожий. Ее теплочувствительное зрение заранее предупредило об опасности. Изначально заговаривая с принцессой змея встала так, чтобы от любопытной престорелой пары ее загораживало сушещееся на веревках белье, а от еще парочки скучающих торговцев - угол дома.  Ей и правда нужно было быть очень осторожной, прежде чем показывать свою голову такой какая она есть - пристанище белоснежных змей.
— И все-же, я показала вам себя. Свою настоящую природу.
— Да я нага и давно-с прячусь в этом городе-с, скрывая свою голову под капюшоном-с. К сожалению-с у меня есть причины предпочесть опасный город людей,  участи оставаться среди собратьев-с.

Наама только теперь выпустила из вспотевшей ладони заготовленную баночку с усыпляющим ядом и позволила себе чуть расслабить плечи, полностью концентрируясь на словах. С господами всегда сложно, будешь ленив на предисловия и пояснения и в итоге они замучают тебя сомнениями до седьмого пота. Память в десять раз быстрее стереть чем отвечать на одни и теже вопросы облеченные в разную форму, но суть одна - “ Ты точно-точно-ну прямо-совсем-точно не шарлатан??? А чем докажешь??”
— Оглянитесь госпожа-с. Видите эти улицы, как жмуться-с друг к другу  не красивые домики, их унылые словно  бойницы, узкие окна?  Не сравнить с дворцом-с и кварталами где живет знать, не правда ли?  А ведь есть еще иная-с часть города, для которой это хоромы, трущобы пораженные пороком бедности.  Грязь и человеческие-с несчастья ютятся там бок о бок. И в этом мире главными жертвами-с всегда-с становяться-с  именно женщины и дети-с. Скольких из них обманулись сладкими словами ухажера, чтобы потом остаться с разбитым сердцем, не зная как научиться доверять и любить снова. Я-с часто видела, как в бедные кварталы-с приезжали господа из богатых, просто за экзотикой искренних чувств. Показывали-с симпатичной девчонке чудо, а затем-с когда игра становилась ему скучной, уезжали-с. Но как быть девушке-с, как забыть, отпустить, как найти силы идти дальше-с?
Наама вздохнула, чувствуя как близиться конец ее речи. Как бы она не была по своей сути болтлива, но даже для нее столько слов за раз, перебор. Раздвоенный язык заплетался.
— Я умею-с стирать память. Навсегда-с. Но госпожа, я не самаритянин. Моя-с помощь будет-стоить денег. Я живу-с здесь и как всем остальным-с, мне нужна крыша над головой, одежда и еда и желательно-с не самого плохого качества.  Но-с заплатите вы мне, только когда сами останетесь довольны-с моей работой. Во мне-с как в жителе улиц мало честности, но я-с не играю с чувствами женщин-с, которым разбили сердце.

Отредактировано Наама (2020-01-07 15:58:09)

+4

6

На нее смотрели десятки, если не сотни маленький змей. Оливия словно завороженная внимательно слушала незнакомку, чьи слова болью отзывались в каждом предложении.
- Я понимаю, у тебя нет причин мне доверять, и это, наверное, необходимо - хранить свое имя втайне, - Какью бережно взяла одну из рук наги в свои, глядя в красные глаза со слезами. - И я знаю, что не могу помочь всем твоим сородичам, по крайней мере прямо сейчас. Но это ужасно, что ты рассказываешь. Раз ты здесь, на улицах, значит, ты вне этого “промысла”, но я не вижу, что ты можешь жить достойной жизнью - это разрывает мне сердце. Постоянно скрывать, кто ты есть… не представляю, как тяжела должна быть такая жизнь.
Нага вдруг накинула свободной рукой капюшон, а в следующую минуту из-за угла вывернул прохожий.
- Благодарю тебя за то, что открылась! - принцесса прижала руку наги к своей груди, держа в обеих ладонях бережно и нежно. - Скажи, сколько тебе лет? Впрочем, если не хочешь, можешь не отвечать. Но давай ты и не будешь больше прятаться в трущобах города? Я дам тебе дом, где хочешь, годовое жалованье, не самое шикарное, так как казна сейчас тратится на восстановление планеты, но достаточное на спокойную жизнь без пряток от людей и опасности для жизни. Страже и всем аристократам объявлю, что ты свободна под моим покровительством и защитой - никто и пальцем тебя не тронет. Милая нага, позволь вытащить тебя из этого мира в лучший! А потом придумаем вместе, как вытащить твоих собратьев на свободу! - Оливия, слишком сочувствующая и нежная к окружающим душа. Хлебом не корми, дай всех спасти. А что делать? - Такой родилась. Ее звезда, ее жизнь зависела от жизни планеты. Дочь Кинмоку не могла ни о чем другом помышлять, кроме благополучия дома и его обитателей, с которым была связана чуть ли не физически.
Дальнейшая речь заставила-таки пролиться ручейки слез из глаз Какью. Она столько делала для того, чтобы в Зейтуне не было бедных кварталов, домов, в которых люди несчастны. А уж демоны в неволе!.. И ведь часто несчастные злые люди отыгрывались на других расах, что оказывались их невольниками. И перед Оливией сейчас наверняка стояла одна из представителей слабых и обижаемых.
- Твои слова ранят меня. Я была уверена… впрочем, это дело правителей. Пора мне возвращаться к своим прямым обязанностям - я слишком долго болела и была отстранена от государственных дел, - взгляд Какью стал жестким, от слез не осталось следа. Она отпустила руку наги. - Помоги мне. Сотри память о том, кто не только разбил сердце, но чувства к которому сломали меня. Если я могу забыть о тебе, давай напишем мне записку. Я могу заплатить тебе, а могу в качестве оплаты в придачу к тому, что я предложила ранее, назначить личную служанку. Выбирай, что хочешь, только помоги стать достойной правительницей своего народа.
Я должна стать сильной. Кинмоку не может без меня. Не должна”, - метеор давно не испытывала таких эмоций. Но она и не слышала о том, как ужасна настоящая жизнь в Зейтуне: советники докладывали только хорошие новости, утаивая обратную сторону медали. - “Не будет при мне оборотной стороны медали”.
Мама?” - подал голос ребенок.
Все будет хорошо. Помнишь?” - такая Оливия могла и договориться с ребенком, чтобы он не отнимал ее жизнь, развиваясь в ее чреве, такая Оливия могла защитить себя и ребенка, такая Оливия должна была быть принцессой Кинмоку, и никакая другая.
- У тебя есть листок бумаги и какой-нибудь карандаш или писчий предмет? Не хочу забыть тебя.
Алые глаза горели решимостью.

+5

7

« Из меня  сделают сумочку. Мне не жить. Демон-вегетарианец в свидетели, точно убьют, сдерут кожу с трупа и сошьют женскую сумочку из “змеиной” кожи.  Мерзкую. Самого бесполезного декоративного дизайна, одна из таких в которую ничего не помещается кроме одной помады и мини пудры, их еще берут с собой на званый вечер, бал или театр... а потом обязательно забывают! Меня тоже забудут в театре на унылой премьере, а потом я буду долго валяться в пыльной кладовке гардеробной, вместе с другими забытыми вещами, уныло ожидая пока хозяева вспомнят о нас.
Но кто вспомнит о мелкой бесполезной сумочке сшитой из кожи змеи посмевшей вмешаться в дела королевской семьи?!
Более того, пролить королевскую кровь???
Вот-вот и я про это.
Ни-к-то.
Я покроюсь толстым слоем пыли, а еще меня обязательно погрызут голодные крысы.  Затем нас, всех безразлично забытых, сдадут в обшарпанный ломбард, за бесценок, не многим дороже чем обычный мусор, где я окончательно пожелтею и растрескаюсь от времени и плохого ухода, никому ненужная, провонявшая нафталином.
Но это будет еще не конец грусной истории.
Однажды, в дождливый день (единственный в году на этой ставшей пустынней планете) меня - маленькую и погрызенную крысами дамскую сумочку из змеиной кожи в разводах от грязи, просто выбросят потеряв всякую надежду когда либо продать и на городской помойке подберет сумасшедшая бездомная старуха которая будет носить во мне трупики бездомных животных...
Мне конец, во что я только ввязалась!
Я хочу жить а не становиться сумочкой с горькой судьбой!!! Это я должна есть крыс, а не они меня!»

Не будь Наама альбиносом, то точно бы поседела за этот день...День когда она решила помочь (конечно за щедрое вознаграждение) стереть принцессе ее воспоминания, а в итоге убила еще нарождённого ребенка королевской крови, чьим отцом судя по всему был сам наследный принц!
А те воспоминания, что она стерла ....это были воспоминания о самом Его Высочестве!

«Нет, предварительно убивать перед свежевание туши это будет слишком милосердно после всего случившегося, с меня живой снимут кожу, чтобы сшить чертову сумочку. Все проклятые демоны Кинмоку, чтоб у вас рога навсегда отвалились и плешь на всю макушку…. Оз разноцветный с неразборчивый помилуй, я точно стану сумочкой...»

А начиналось все как всегда бывает в подобных случаях когда жизнь вдруг делает резкий поворот и якобы превращается в сказку наяву, все хорошо.
Да просто на отлично!
Но в сказках тоже так, вначале все хорошо, а потом чем дальше, тем страшней...

А Наама вляпалась в “сказку” настолько сильно, глубже чем по самую макушку, теперь уже не выплыть.
Но давайте вернемся к началу и расскажем все по порядку

От игрока: Пост ждет одобрения Оливии, только после этого большая его часть будет открыта, или переписана по новой)

« Чудеса случаются...?» — Такой была первая мысль в голове юной и самоуверенной наги, робкая как только что вылупившиеся из яйца змея. Но как известно новорождённые змееныши совершенно по взрослому смертельно ядовиты, вот и Наама хоть и робела перед принцессой, а выгоды своей отпускать ни за что не собиралась.
Шутка ли, принцесса и на все согласна, заранее благодарна и даже для надежности готова записать все необходимое на бумажку своим каллиграфическим как у всех благородных почерком, что бы точно  потом не забыть кого  и в каком размере благодарить за выборочную амнезию ….и все это изобилие на фоне почти душной заботливой симпатии к тяжелой судьбе маленькой наги вынужденной выживать на грязных улочках трущоб.
Наама никогда не плакала, но сейчас была готова в первые пустить скупую слезу и начать вести себя почти как самая настоящая девочка.
Алые змеиные глаза предательски защипало.
«Так не бывает! Так ведь не бывает и богов нет, с чего мне такое везение???»

Смущенная, вдохновленная, ментально окрыленная открывшимися перспективами золотых гор и связей с тей что дороже этих самых блестящих алчных гор, змея преисполнилась до самого кончика хвоста деятельной бурлящей энергией ( что и прежде всегда заканчивалось событиями сомнительного толка, но это ее так ничему и не научило).

— Подождите-с десь Госпожа-с, я договорюсь с знакомыми-с, что бы они-с, предоставили нам-с их дом-с на час-с другой-с,  в самом-с деле-с, нет-с  никакого смысла делать все-с на улице, под палящими-с  лучами-с Нагаре-с.
И она это сделала.
Метнувшись стремительной белой молнией через улицу, как потерявший всякий страх грабитель вломилась в аккуратный домик старичков сплетников, заворожила тех своим волшебным голосом и отправила их теперь уже ничего не слышащих и не помнящих, тихо ждать на кухне и только затем со всей предупредительностью проводила принцессу внутрь дома, к не новому, но удобному дивану в гостиной комнате.
Тут же нашлась бумага и стилус, что бы писать. Передав писчие предметы принцессе, нага стащив с себя безразмерный плащ с глубоким капюшоном, повесила его на спинку стула, после чего с деловитостью опытной горничной взбила подушки, что бы принцессе было удобнее лежать когда она допишет записку.  Наама самоуверенно и легко гостеприимно распоряжаясь чужим имуществом в чужом доме как своим собственным, за одно очень убедительно заверив Оливию, что она с хозяевами дома давние друзья и те вышли на час, что бы не мешать им.
Уложив принцессу на диван, перед этим услужливо стянув с той удобную и дорогую обувь (бурлящую энергию змеи было уже не остановить, нужно – она бы пальчики на ее руках могла начать целовать), Наама начала медленно рассказывать как именно действует ее метод стирания памяти, понемногу вливая все больше магии в свой голос.

Она осторожно и с оговорками объяснила, что обладает уникальным ядом и впрыснув его в кровь, с помощью магии может некоторое время управлять им в чужом организме. Яд поступает напрямую в мозг, в зону отвечающую за память и уничтожает наиболее активные клетки памяти. Поэтому так важно, что бы госпожа сейчас вспоминала все-все что хочет навсегда забыть. Но не стоит беспокоиться, Наама поможет ей сконцентрироваться и не отвлекаться, что бы чего доброго, не стереть за одно и нужное.
Волшебный голос змеи погружал в гипнотическое состояние, завораживал, усыплял, решал чувствительности тело, то как за предплечье Оливию укусила первая из змей на голове маленькой наги та уже не могла почувствовать.

Первый яд – погружал человека между сном и явью, в глубокий транс, так что девочке больше не нужно было вливать магию в свой голос, что бы усыпить принцессу.

Второй укус – и по венам с королевской кровью где бурлила магическая сила самой планеты Кинмоку, потек чудовищно разрушительный яд.
Теперь Наама вытирая катящийся со лба градом пот, шептала принцессе вспоминать…вспоминать счастливые моменты. Как все начиналось, самые первые встречи, взгляды, слова, прикосновения…Вспоминать собственные чувства и мысли в тот момент, чего она хотела и желала…

« Что то не так…Что происходит?!» - Концентрации яда было мало, вместо того, что бы быть послушным, его как будто кто то оттягивал в сторону на себя. Дав змее ударить ядовитыми клыками в третий раз, Наама уже не убирала ее прочь, в панике продолжая впрыскивать все большие и большие порции яда в кровь.
Ситуация напоминала спуск с крутой горы, уже начав катиться вниз ты не можешь остановиться и единственное что остаётся это наращивая скорость пытаться избежать встречи с валуном или деревом. Так и тут, нельзя было на пол пути прервать стирание памяти. Яд, вместо того что бы истратиться уничтожая некоторое количество клеток памяти, где хранились события о которых нужно навсегда забыть, бесконтрольно расползется по телу и сложно представить какие последствия для здоровья это может повлечь. Для управления ядом в чужом теле, наге нужна была определенная его концентрация в крови, но по неизвестным для нее причинам концентрация постоянно падала, словно яд испарялся, исчезал или его забирал себе кто-то другой. Не оставалось ничего, как трясясь от ужаса, мысленно простившись с собственной жизнью до обидного короткой… сжав губы в тонкую линию продолжать и впрыскивать все новые и новые порции яда, поддерживая необходимую для работы его количество.

Ей было невыразимо страшно и хотелось убежать, перед этим стерев все следы своего пребывания, что бы королевские ищейки которые возьмутся расследовать это дело, никогда не нашли ниточек, что ведут к ней.
Но…принцесса была искренне заботлива, ее тревога и сочувствие застывшее на безупречно красивом лицо, Наама все еще помнила их и именно это, непривычное ей чувство вины и совести заставляло пересиливая страх, оставаться рядом и делать свою работу дальше, надеясь, что все обойдётся.
В конце концов пока она управляет ядом у принцессы еще есть призрачный шанс, а вот если она сбежит, то его точно уже не будет.
Лежащую на диване девушку скрутило в приступе боли. Наама шипя в отчаянье от новой напасти впрыснула обезболивающий яд.

« От куда спазмы боли, так не должно быть! Что происходит?! Если все обойдётся, что бы я еще хоть раз связалась с благородными с их непредсказуемой магией, да никогда! Хватит, мне жизнь и нервы дороже!»

А между тем нежно шипящий голос девочки убеждал принцессу вспоминать. Вспоминать когда все пошло не так, вспоминать ту боль, страхи и разочарования, которые любимый принес ей, вспоминать не только хорошее, но и плохое. Ревность, одиночество, метания, неуверенность…Нааме не нужно было знать подробностей, как это не грустно, но расставания, любовь о которой хочется навсегда забыть – это истории всегда наполненные одними и теми же чувствами и переживаниями. Боль, разочарование, ревность, беспокойства, сомнения, обида, гнетущее чувство собственного одиночества и ненужности.
Принцесса на диване снова выгнулась от нового спазма боли, светлое платье на бедрах расцветало красным цветком крови, когда бледные губы прекрасной девушки выдохнули лишь одно слово – Кристиан

« Я труп. Она была беременна. Я убила, отравила ее ребенка…а Кристиан…это же имя ее брата…Будущего короля всей планеты.  Они были вместе? Это был ребенок от него, воспоминания о нем я сейчас стираю навсегда? …Я точно труп и смерть моя будет процессом долгим и разнообразным на события…»

Но паниковать времени не было, она и так наделала достаточно глупостей, например забыв спросить или самой проверить, беременна ли ее клиентка. Богатый опыт работы, а чуть голову вскружили золотые горы и благодарность самой принцессы, как она наделала ошибок словно в свой самый первый раз.
Что делать с выкидышем Наама знала, в конце концов она не только помогала девушкам стереть память, так же яд был не менее эффективен когда нужно было избавиться от нежеланного плода.

Точнее она думала что знала.

Маленький эмбрион, жалкий кусочек плоти легко помещающийся на маленькой ладони наги, не был похож не на кого другого. Все еще по необъяснимым причинам живой, змея чувствовала под пальцами биение его крохотного сердечка, он был написан магией как магический артефакт высшего порядка.
«Что это за чудовище???» 
Ужас волной пробежался по ее позвоночнику, маленький зародыш напоминал бомбу замедленного действия, столько магии было сконцентрировано в нем и когда его сердце остановиться, вся эта мощь рванет в стороны мощным взрывом, сметая все на своем пути. Не сбежать, не спастись.
Уже давно плача взахлеб но не замечая обильно текущих по бледным щекам слез, Наама растерянно переводила взгляд с принцессы на ее ребенка, чье сердечко стучало все тише и тише, собираясь навсегда погрузиться в тишину.  Магия обжигая пальцы уже начинала раскручиваться темной воронкой вокруг плода…
А дальше змея сделала то, что в последствии не могла толком объяснить себе самой, зачем, от куда родилась настолько отталкивающая и странная идея?
Она раскрыла рот и проглотила ребенка как мелкую мышку, живьем.





Тук-тук-тук…тук-тук…тук-тук…тук-тук……тук-тук………тук-тук………………….тук……………………………тук…………………………………………………………………………………….




Змею скрутило от боли и тошноты, упав на пол, она беспорядочно билась на полу, ломая мебель.
Ноги девочки сменил белый хвост, одежда порвалась. Нага в своем истинном обличии, не помня себя, сворачивалась кольцами от чудовищной боли прошившей все ее тело, ей казалось, что она распадается на части, чуждая, значительно превосходящая ее магическая энергия бушевала внутри ее тела, ломая, перестраивая, корежа…
Она думала что умирает, снова и снова, но была все еще жива, с сквозь шипящие рыдания вталкивала в измученные легкие новые порции воздуха.

И вдруг все закончилось, а  в ее пылающем мозгу холодной звездой, забирая часть боли вспыхнула мысль
«Мама?»

« Мама?» — чужеродная и одновременно ставшая такой своей, родной мысль подобно новорожденному слоненку толкнулась в голове молодой наги, ломая границы личности .
Слонёнок…Младенец...но сколько в нем веса? В среднем 95 килограмм. А в наге от силы 40 наберется, точно не больше, но только если перед этим ее хорошенько покормить в таверне.
Мысль, слабая, слепая, беззащитная ...но одновременно уже пропитанная чудовищной силой превосходящей все то, чем обладала и могла когда либо стать нага. Слишком много магии, ее количество было сложно осознать. И эта новая сущность смешивалась с личностью змеи, не подчиняя, но становясь кем то третьим.

« Мама!»

Подтянувшись на дрожащих от сладости руках, Наама заглянула на лежащую женщину, чьего ребенка случайно убила. Наклонив голову, девочка толкнулась влажным от слез лицо в безвольно лежащую руку, целуя один за другим тонкие фарфоровые пальчики принцессы.
Необъяснимая нежность билась в ее сердце, когда позабыв о собственном плачевном состоянии, змея ползая на хвосте туда сюда, притащила таз с водой, обмыла принцессу, после чего  с несвойственной ей прежде щедростью потратила несколько баснословно дорогих артефактов исцеления, положив их на живот женщины.
Еще один артефакт очистки был потрачен что бы привести платье в надлежащий вид и стереть все следы случившийся трагедии.
Принцесса спала и скоро по ощущениям наги должна была проснуться.
Проснётся бодрой и обновленной, не помнящей о своем брате и ребенке.
О случившемся не напоминало больше ничего, нет крови, нет ребенка, зажили ранки от змеиных укусов, яд выполнив свою работу рассосался без следа ….Вот только что делать с той давящей потребностью быть рядом и всепоглощающей нежностью, которую теперь змея испытывала к Оливии???

Отредактировано Наама (2020-03-11 01:22:46)

+2

8

Чудо-девочка (хотя ни факт, что это был ребенок) попросила подождать, убеждая, что лучше все делать не на улице. Оливия была полностью с ней солидарна в этом решении, но не успела предложить свою помощь - нага уже убежала договариваться с некими друзьями. Отлучилась нага ровно на две минуты, по прошествии которых уже вела принцессу за собой, держа за руку. “Милое создание. Вот бы узнать ее имя, чтобы поблагодарить”, - подумала Оливия, с нежностью глядя на девочку. Принцесса была так измучена последними днями, новостями, событиями, что все, на что хватало моральных сил, это доверять и послушно следовать за незнакомым волшебным созданием.
Сев на диван, Какью получила стилус с листком бумаги, на котором написала короткое письмо себе: “Оливия, принцесса Какью, метеор планеты Кинмоку, наге, что передает тебе это послание в случае частичной потери памяти, ты обещала следующее: личный дом, годовое жалованье и личную служанку. Поблагодари это милое создание за заботу и помощь - она избавила тебя от горьких страданий, о которых ты более не вспомнишь.” Принцесса была так увлечена письмом, что не заметила, как внимательно-услужливая нага скинула с себя плащ и взбила подушки, на которые уложила Какью, как только письмо было положено на стол рядом с диваном. Метеор не успела даже слова сказать, как девочка уже стянула обувь с ног монаршей особы. Не смотря на то, что она была привычна к столь кропотливому вниманию к ее одеванию и раздеванию, ей всегда было неудобно, когда без крайней надобности ей помогали с одеждой; во дворце служанки об этом знали, поэтому без просьбы принцессы не приближались к ней.
И зазвучал магически гипнотический голос наги, рассказывающий о том, что и как будет происходить. Оливия, улыбнувшись незнакомке, закрыла глаза, податливо погружаясь в гипноз и восстанавливая в памяти все мельчайшие моменты, связанные с Кристианом.
Родился брат. Какью впервые в жизни держит на руках крохотный сверток, дав жизнь которому умерла мама. Крис, Крисси, маленький крошечный сверточек, которому Оливия каждый вечер перед сном приходила и читала сказки, рассказывала невиданные истории, историю Кинмоку или просто как прошел у нее день.
Каждый день, когда они играли с братом, пока ему не исполнилось семь лет.
Кажется, метеор уже была парализована волшебным голосом наги, потому что ничего не почувствовала, когда в кожный покров плеча вторглись ядовитые зубы.
Каждый день, жаркий, теплый, пасмурный, прохладный, изнурительный, тяжелый, насыщенный событиями, каждый взгляд на брата поднимали из далеких глубин души такие забытые чувства, как ненависть, зависть, осуждение, обида, злость, ярость, одиночество, обреченность.
Девушка уже не столько вспоминала, сколько смотрела сны о своем прошлом, где постоянно был брат. Подросток, который рос дерзким, непокорным, своевольным и, конечно же, любимым и свободным в своих действиях.
Юноша, привлекательный и ядовито очаровательный, уходящий с каждого бала, если не после каждого ужина, с очередной подстилкой.
Молодой человек, притащивший с собой невесть откуда демона и уговоривший отца оставить себе в слуги несчастное создание.
Возвращение на разрушенную Кинмоку. Первая встреча после всего, что пришлось пережить без него. Волнение. Борьба с самой собой.
Первая ночь. Страсть. Любовь. Признание. Осознание. Откровение. Боль. Слом.
Каждодневные добрые милые встречи на расстоянии вытянутой руки, не ближе. Такой родной, такой любимый и такой далекий, подобно запретному ядовитому плоду.
Отравление. Спасение. Примирение. Новые ночи, полные любви и вожделения.
Таинственная болезнь, ежедневный взгляд, полный тревоги и волнения.
Вчерашний вечер, когда она сказала ему, что ждет ребенка.
В этот момент живот пронзило нечеловеческой болью, Оливия неестественно выгнулась, всеми силами пытаясь избавиться от источника.
Ревность, грубость, боль, унижения, покинутость, обреченность накатили новыми волнами. Уже сложно было различить, какая боль сильнее: физическая или душевная.
МАМА!” - раздался внутри крик ужаса, душераздирающий, разрывающий девушке сердце своей истошностью, но метеор уже не могла ему ничем помочь.
Я люблю тебя…” - была последняя мысль, улетевшая в бездну тьмы потерянного сознания, а с губ сорвалось едва различимое:
- Кристиан.
Телу вдруг стало легко, свободно. Покойно. Будто его что-то терзало и мучило столь долгое время, а сейчас вдруг славная девочка даровала независимость, раздолье души, которую в теле никто не сковывал.
Кто это был?
Кто-то мешал ей жить?
Что творилось вокруг принцессы девушка не знала, потому что по телу славно растекался и действовал обезболивающий яд, а еще та часть яда, что даровала забвение. Полное.
Тотальное.
Кем она была? - Принцессой.
Почему она была здесь? - Что-то разрушало ее изнутри, причиняло жуткие страдания.
Что это было? - Ничего. Ее больше никто и ничто не мешал, не терзал, не испытывал на прочность.
Ее никто не отравлял.
Вдох.
Выдох.
Она жива. Жива? Жива, можно в этом не сомневаться. Такая осязаемая легкость могла быть только у души, имеющей живое тело, сосуд, в котором она помещалась.
В этом сосуде Оливия была одна.
Хорошо…” - пустота была созидательной, светлой. Теплой.
Защищающей.
Тишина.
Из небытия, в которое, казалось, метеор погрузилась на мгновение, начала возвращаться жизнь, красочная, полная, радостная, счастливая.
Вдох полной грудью.
Веки медленно поднялись. Взгляд фокусируется на пылинках, играющих в воздухе друг с другом в изощренные танцы в свете нагаре, струящемся в окно над изголовьем дивана. Моргнув пару раз, Оливия потянулась и села. Рядом, но на полу, сидела милая нага.
- Так как тебя, говоришь, зовут? - нежная улыбка озарила лицо, словно первые рассветные лучи открывают планете новый день, а глаза были полны добра и света. Руки сами потянулись к девочке: почему-то хотелось защитить ее, не важно от чего, прямо сейчас. Всегда.

Вопросы вроде “как долго я спала?” или “что произошло?” просто не приходили в голову. Тревога покинула сердце принцессы Кинмоку.
- Мы закончили? Можем идти? Хозяевам, наверное, нужен их дом обратно, как считаешь? - Какью ласково улыбалась, взяв за руку нагу и поднимаясь с дивана. - Ты ведь пойдешь со мной? - на мгновение промелькнул испуг во взгляде: как она оставит девочку здесь одну без присмотра и защиты? Даже в голове не укладывалось. Не важно, что у этой девочки на голове красовалась куча белоснежных змеек, а алые глаза были насыщеннее, чем у самой принцессы. Что-то родственное откликалось в наге, руку которой выпустить теперь казалось самой большой ошибкой в жизни.

+5


Вы здесь » Сейлор Мун: узники Кинмоку » Архив прошлое, альт » флешбэк Eternal Sunshine of the Spotless Mind