Вверх страницы
Вниз страницы

Сейлор Мун: узники Кинмоку

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



No roots!

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

[html]
<style>

.movie-card{
padding: 40px 0;
color: #575756;
}
.container{
width: 100%;
height: 640px;

margin:0 auto;
border-radius:5px;
background: #e4dbe9;
box-shadow: 0 4px 8px 0 rgba(0, 0, 0, 0.2), 0 6px 20px 0 rgba(0, 0, 0, 0.19);
position: relative;
}

.cover{
height:365px;
position: relative;
  overflow: hidden;
  z-index:1;
  margin:0;
  border-top-left-radius:5px;
  border-top-right-radius:5px;
}
.cover:before {
content:'';
width:100%; height:100%;
  position:absolute;
  overflow: hidden;
  top:0; left:0;
  z-index: -1;
  border-radius: 20px;
transform-origin:0 0;
  background: url("http://pm1.narvii.com/7262/405f43500cce5c2ed2d958980e1dbe757a39dc49r1-1280-945v2_uhq.jpg") ; <!-- Прямоугольная картинка -->
}
a {
  text-decoration: none;
  color: #5C7FB8
}
a:hover{
text-decoration:underline;
}
.menu{
text-align: center;
padding: 250px 0 0 0px;
z-index:1;

}

.title{
color: maroon;
font-size: 44px;
        text-shadow: 2px 2px #2a1f1f;
}
.columntag{
padding-top: 200px;
}

.textinfo{
float: left;
width: 250px;
margin-left: 10px;
padding-top: 35px;
}

.cast{
float: left;
width: 250px;
margin-left: 10px;
padding-top: 35px;
}
.cast img{
border-radius:50%;
cursor: pointer;
border: 3px solid white;
        width: 50px;

}
.cast img:hover{
opacity:0.6;
}
.cast a:hover{
text-decoration: none;
}

.text{
float:right;
width: 350px;
padding-top: 50px;
}
.guide{
text-align: left;
padding-top: 200px;
padding-left: 10px;
}
.guide a {
color:#A9A8A3;
}
.guide a:hover{
color: #bdbdbd;
}

a[data-tooltip] {
  position: relative;
}
a[data-tooltip]::before,
a[data-tooltip]::after {
  position: absolute;
  display: none;
  opacity: 0.85;
}
a[data-tooltip]::before {
  /*
   * using data-tooltip instead of title so we
   * don't have the real tooltip overlapping
   */
  content: attr(data-tooltip);
  background: #000;
  color: #fff;
  font-size: 13px;
  padding: 5px;
  border-radius: 5px;
  /* we don't want the text to wrap */
  white-space: nowrap;
  text-decoration: none;
}
a[data-tooltip]::after {
  width: 0;
  height: 0;
  border: 6px solid transparent;
  content: '';
}

a[data-tooltip]:hover::before,
a[data-tooltip]:hover::after {
  display: block;
}

/** positioning **/

a[data-tooltip][data-placement="top"]::before {
  bottom: 100%;
  left: 0;
  margin-bottom: 40px;
}
a[data-tooltip][data-placement="top"]::after {
  border-top-color: #000;
  border-bottom: none;
  bottom: 50px;
  left: 20px;
  margin-bottom: 4px;
}
</style>
<script>

</script>

<div class="movie-card">
<div class="container">
   
    <div class="cover" >
   

    <div class="menu">
   
        <div class="title">No roots! </div> <!-- Название эпизода -->
   
    </div>
   
   
       
   
   
   
    </div>
    <div class="info">
    <div class="cast">
        <h2>Действующие лица:</h2>
        <a href="#" data-tooltip="Принц Кристиан" data-placement="top"> <!-- Тут меняем имя -->
                <img src="https://kinmoku.ru/img/avatars/001a/32/39/5-1590948874.png" /> <!-- Сюда ставим аватар участника -->
              </a>
              <a href="#" data-tooltip="Эрза" data-placement="top"> <!-- Тут меняем имя -->
                <img src="https://kinmoku.ru/img/avatars/001a/32/39/96-1590925707.gif" /> <!-- Сюда ставим аватар участника -->
              </a>
           
             
    </div>
<!-- Здесь текст предисловия, в формате хтмл -->
    <div class="text">

    Разные развлечения бывают у господ. Бывают злые, добродушные, а бывают и те, через которые ты, искушенный во многих вещах, не сумеешь переступить<br>
Как бы ты не скрывал себя - со временем правду узнают те, кому она будет нужна.<br>
И воспользоваться правдой можно будет, разумеется, в выгоду себе. Повеселимся, народ?.. Или вы не понимаете нашего веселья?..

    </div>
    <div class="textinfo"><h2>Время, бой, погода:</h2>

<!-- Здесь текст дополнительных параметров -->

10 июля 1997 года. Поместье герцога Альхиди в город за рекой. Душный вечер. Может быть бойня </div>
   
    </div>

   
   
   
   

</div>
</div>

[/html]

+2

2

«Они слишком  раздражают порой».
Кристиану, сызмальства привыкшему к большому количеству внимания к собственной персоной, порою досаждало излишнее внимание.
Знал ли тот толстый вельможа с аккуратно причесанными густыми усами о том, насколько велико в его обожаемом правителе желание разорвать ему глотку на кусочки и скормить внутренности псам?
Или та госпожа, у которой давно уже не было своих волос, но которая шествовала в окружении служанок, словно надувшаяся от злобы гусыня…Ей и невдомек было, как легко может оборваться ее жизнь.
Принц счастлив был принимать приглашения от знатных людей. Он всегда был желанным гостем на любом празднике, и опасность для приглашающих его была лишь в том, что он тотчас же становился объектом всеобщего внимания.  Будь то день рождения или какой-то иной праздник – все пытались группироваться подле него.
Каждый из этих напыщенных вельмож, любой мелкий граф, герцог или даже девочка на побегушках у одного из членов совета – все они пытались подлизаться.
Поначалу было даже забавно наблюдать за ними, смотреть, какие еще штуковины они станут придумывать, только бы прыгнуть выше собственной башки.  Хоть какое-то развлечение среди всех этих светских сборищ разносортных масок.
Сегодняшнее…событие не стало исключением.
Чем отличалось оно от иных?
Пожалуй, здесь все весьма и весьма просто.
Развлечения с рабами не были редкостью на некоторых приемах и других мероприятиях. Хозяин сегодняшнего «вечера для своих» был человеком весьма богатым и влиятельным в городе – в его роду сплошь и рядом – все аристократы. Он владел огромной винодельней и успешно продавал свое вино всякому, кто готов был платить звонкой монетой за достойные напитки…Сегодня вино тоже текло рекой, но не только оно порою обагряло каменный пол.
В большой зале с развешенными всюду магическими огнями, ныне приглушенными, был сооружен импровизированный…загон? Пожалуй, лучшего сравнения было не найти. Кто-то из проходящих мимо женщин назвал строение «садом оживших статуй», но растений в этом «саду» почти не было.
Были лишь рабы.
Рабы, в количестве пяти штук, державшие на своих головах и в руках поднос, кувшин с вином или букет жуткого вида темно-бордовых роз. Были среди них женщины и мужчины, но все – молодые и абсолютно обнаженные.
Кроме аксессуаров – диадем, колец и браслетов на руках, ногах и шее, на рабах не было ровным счетом ничего.
Это зрелище типичное – рабы были демонами. Их вольны были украшать. Ими вольны были распоряжаться как угодно.
А за каждое лишнее движение «статую» ждал крепкий удар плети от мрачного вида надсмотрщика, весь вечер простоявшего подле «загона».  Каждый, однако, мог подойти ближе, переступив через низенькую ограду, потрогать, пощупать, взять с подноса фрукт или…сделать что-то еще.
Разумеется, прилюдно устраивать казнь и иные членовредительства было нельзя, зато сколько пошлых и вульгарных взглядов, вздохов и речей неосторожно касались слуха демонов-рабов, вынужденных стоически молчать.
Кристиан был мрачнее тучи, и это, наверное, замечали все.
Но никто не стремился узнать, отчего грустен Его Высочество и отчего явился на праздник к виноделу в одиночестве – без свиты, приближенных и верного раба.
«Ты бы сказал, что они находятся на своем месте и виноваты сами, не так ли?» - пронеслась в его голове мысль, и возникший в сознании образ Натаниэля заставил вздрогнуть. Демон бы успокоил его сейчас, но приводить его вновь в столицу под смертоносную ауру сестры было слишком рискованно.
К тому же, некоторые дела необходимо было совершить в одиночестве.
Среди тех дел не было наблюдения за новой забавой, объявленной хозяином вечера – плясками пары рабов с кувшинами на голове под хлопки и гогот гостей.
«Смейтесь».
Нужно было уйти прочь, пока сила не проявила себя в полной мере, ибо даже находившиеся в отдалении живые статуи могли почуять ее, испортив все.
Кристиан важно кивнул хозяину вечера, качнул рукой в знак одобрения и продолжения, и удалился в местный небольшой сад. На сей раз настоящий. Нет, никто и не думал идти за ним – не было дозволено.
В положении принца удобно было проворачивать многие вещи.
В том числе, и просто уйти, чтобы дать злобе просочиться в землю в виде едва заметных энергетических крупиц. Контролировать эмоции – этому учил Натаниэль, но…как легко было сорваться сейчас. И можно ли было позволить себе проявить эмоции теперь, когда был такой ярчайший повод?
Разумеется.

Внешний вид

https://i.pinimg.com/564x/c9/92/3d/c9923d936c4e34ac922c7b0fd2e01c01.jpg

+2

3

Сколько бы времени ни прошло, но человеческие создания никогда не изменятся. Уж в этом-то госпожа Эт'рей была уверена. Всегда одно и тоже. За столько времени, что она ходит под благословенным светом Нагаре, демонесса не раз и не два убеждалась, что люди, по природе своей, жалки. Презренны. Они могут кичиться своим величием, могут славить свои «подвиги», говорить, что возвышенны и тонки, а по факту… А по факту способны лишь издеваться над слабыми, глумиться над побеждёнными, думая, что демонстрируют силу, но показывая лишь слабость.
И, казалось бы, за столько времени Эрза уже должна была привыкнуть к этому. К этим напыщенным рожам, что заглядывают тебе в рот, пока ты богат, красив, полезен… Именно что полезен, но стоит утратить лишь несколько пунктов из этого списка и всё, будь добр, отправляйся на помойку, потому что прошлые «друзья» о тебе забудут, будто тебя и не было. Тошно. Противно.
А потом они же, не смущаясь, вновь протянут тебе руку дружбы, когда ты возвысишься над ними, и очень оскорбятся, если отвергнешь. А особо мудрые, особо славные, те, что не скрывают свою честь и добродетель, которые громче всех орут о мерзких демонах, места которым нет на планете, те первые побегут подговаривать своих рабов на преступление. Пользоваться мусором, а потом смотреть, как подведённого тобой на плаху убивают, в этом благородство. В этом честь. Тошно.
Графиня была редкой гостьей на напыщенных праздниках, которые частенько устраивали дворянчики. Ей можно было частенько уклонятся от провинности, уповая на слабое здоровье, сезон дождей, очередной бал в королевском дворе. За долгие годы жизни, Эрза мастерски научилась придумывать разного рода отговорки. И все они были чрезвычайно правдоподобны. Но в этот раз случилась осечка. И, с прискорбием в душе, а на лице с чинной улыбкой и благодарностью пришлось принимать приглашение от графа Альхиди. Лучше бы она этого не делала.
Этот червь, эта мразь посмела демонстрировать своё убожество с помощью статуй. Живых. Родных. Близких. Равных. Сердце графини разрывалось, глядя на то, как страдают её братья и сёстры. Как напыщенные моралью уроды насмехаются над ними. Как трясутся их мерзкие чёрные душонки признать, что вот это то, что они есть. Убогие, грязные, морально-слабые, нищие твари, место которым в выгребной яме, а никак уж не на светских раутах. Эрзе хотелось коснуться каждого демона, помочь словом и делом, но она не смела. Не смела показывать своё расположение, не смела открывать истинный облик. Облик зверя, детей которого уничтожают прямо на глазах. Растаптывают, ломают. Приходилось скрывать оскал за светской улыбкой, любезно разговаривая с каждым. И запоминать. Каждый взгляд, каждый вздох, каждый мерзкий кивок в сторону  «загона». И улыбаться, улыбаться. Эрза живёт долго. Она придумает наказание для каждого.
- Графиня, я рад, что вы посетили этот вечер. Ваш недуг прошёл? - очередная мерзкая морда склоняется перед ней. Конечно же, богатая госпожа с приданным. И пусть она слишком жалостлива, зато нежна и всегда благородна. И, что является несомненным достоинством, не замужем. Да каждый второй хотел обратить на себя внимание кроткой дамы.
- Благодарю вас, господин, мне ещё нездоровится, но я не могла пропустить эту встречу, тем более, когда тут присутствует его высочество, - проворковала Эрза, смущённо опустив глаза.
- Я тоже рад, что принц удостоил нас подобной чести. Ради него и было устроено представление, - кивнув в сторону намечающихся танцев, собеседник хотел было продолжить свою речь, но графиня резко побледнела. Извинившись, Эт'рей покинула собравшихся, выйдя на свежий воздух. Никто не обратил внимания на подобную выходку. Графиня славилась своей жалостливостью, да и все последние приглашения она отклоняла.
В душе же полыхал огонь. О, демонесса редко давала волю своим чувствам. Маску, которую она носила последние годы, нельзя было снимать у всех на виду, приходилось шифроваться. За милыми женскими причудами прятать настоящее. Лучше прослыть чудачкой со слабым здоровьем, чем продолжать наблюдать за этим…
«Старею,» - с горечью подумала демонесса, «-раньше я на подобные «забавы» смотрела сквозь пальцы, а теперь?»
Теперь ей хотелось вернуться в прошлое. Возродить Пересмешника и… Что-то отвлекло. Прислушавшись, женщина пошла в сторону сада, что стоял не так далеко. Здесь звуки танцев были не так слышны, но не это коснулось её нутра. Совсем не это. Сила. Капельки, отголоски, мельчайшие частички, что зависли над землёй. Капельки, что не успели впитаться. И принц. Ну кто бы мог подумать.
Эрза расхохоталась. В голос. Не смущаясь. До колик в животе, до боли в рёбрах. Вся накопленная годами горечь вырвалась наружу. Ей стало так легко, как не было с момента убийства «хозяина». Умеет же мироздание шутки шутить. Умеет. Эт'рей, пожалуй, только что и учиться у провидения.
- Ваше высочество? - с показным удивлением, проговорила графиня. О, теперь она видела всю картину целиком. Теперь она понимала всю задумку. Но кто же знал, что подобное случится на её веку и она воочию увидит «орудие мести». - Не хотите ли потанцевать?
И, не дожидаясь ответа, демонесса пустилась в пляс, нарезая широкие круги, с каждым шагом всё сжимая и сжимая кольцо, пока не приблизилась на расстояние тепла кожи. На расстояния общего дыхания. Вот так, глаза в глаза, сердце к сердцу. И всё ради того, чтобы, приподнявшись на мысочки, прошептать лишь одну фразу:
- Или вам больше подойдёт место среди «статуй»?

Отредактировано Эрза (2020-06-01 12:30:30)

+4

4

Слабый ветер всколыхнул подол величественных одеяний.
Вдох. Выдох.
Нужно было успокоить себя, сказать, что еще не время выпускать наружу свою силу лишь для того, чтобы потренироваться, узнать, каковы ее границы. В конце концов, она неуклонно росла, и Кристиану казалось, что расти будет вплоть до тех пор, пока не отпечатается на внешности.
А может статься, что и дальше.
Если кому-то вдруг понадобится побыть в одиночестве - он едва ли сможет сделать это в месте, где есть столько людей. Для этого нужно было перенестись в пустыню, где нынешним вечером дули ледяные ветра, создавая песчаные бури. Иные из них могли бы поглотить на своем пути все живое, не оставив даже напоминания, что живое это когда-то существовало. Впрочем, и поделом им.
Всем.
Порою погружаясь в собственные ощущения неимоверно сильно, принц переставал замечать какие-то колебания поблизости. Так случилось и  - он расслышал шаги слишком поздно, чтобы делать вид, что Его Высочество просто вышел подальше от надоедливой толпы в сад.
О, нет, для всего было поздно.
Поздно говорить, поздно даже думать.
Но оправдывался ли когда-нибудь монарх? Едва ли. Он привык действовать так, как угодно было ему, памятуя исключительно о своих интересах. Впрочем, подобный эгоизм лихо граничил с заботой о собственном народе...
И кто же знал, что не тот народ он всю жизнь считал собственным?
"Она безумна?"
Заслышав смех, резанувший кинжалом подле уха, молодой демон поморщился. Неужто было в нем нечто забавное, то, над чем стоило смеяться? Слишком быстро он осознал, что то может быть смех торжества. В дурных семьях так порою браться смеются над более младшими, когда те обронили любимую вазу матушки, пытаясь достать с верхушки шкафа припрятанное там лакомство.
Смех, означавший "Я знаю твой маленький секрет и теперь ты в моей власти".
"Она почувствовала?
Графиня...Как? Едва ли она настолько сильный маг, да и с чего я слышу от нее такие слова?
Неужто?.."

Кристиан нахмурился, наблюдая недолго за плясками графини, чрезмерно развеселившейся сейчас. Об этой особе, как и о любом представителе знати, при дворе ходило множество слухов. Нельзя сказать, чтобы они общались как-то раньше - вероятно, пересекались на каких-то торжествах, и принц мог с уверенностью сказать, что графиня Эрза не постарела ни на йоту. Кажется, у нее был какой-то маленький секрет...
Или, как поговаривали служанки, она купалась в крови рабов-девственников, чтобы сохранять вечную молодость своего тела и лица?...
Как знать.
Монарх смотрел на женщину сверху вниз только считанные секунды, позволяя ее фразе раствориться в собственном мозгу. Догадка была слишком очевидной и ее нужно было подтвердить.
Лучше бы подтвердить, иначе придется собственными руками вычеркнуть имя графини Эт'рей из книги жизни.
Движение было молниеносным  - вакуумное заклинание свило вокруг молодой женщины невидимые кольца - подобно тому, как это делали со своими жертвами некоторые змеи. И это позволило, не забыв о силе вспыхнувшего внутри гнева, подцепить отросшим когтем тонкую кожу подле уха. Принц не видел себя со стороны, но лицо его было искажено почти до неузнаваемости - черты лица вытянулись, а белки глаз на миг залила чернота - и лишь пронзительно мерцавшие золотые звезды зрачков напоминали о нем прежнем.
Ему не нужно было много времени - получив желание, коснувшись капли чужой крови, Кристиан почувствовал то, что и подтвердило догадку. Он улыбнулся, совсем не по-доброму и даже как-то снисходительно.
У графини была роскошная маска.
Интересно, сколько по времени она носила ее, скрывая собственную природу?
- Вам очень повезло, графиня, - как можно более спокойно выдохнул монарх, пытаясь оставить позади ярость, вызванную поведением молодой аристократки.  Заклинание пало, как вздох, отпуская ее. - Что же, моя маска так же прелестна, как и ваша? Именно это пробудило в вас желание танцевать и веселиться? Похвально.
Принц отошел в сторону, хмуро глядя на женщину и пытаясь оценить шансы, предугадать ее дальнейшее поведение. Порою делать это - что пускать песок сквозь пальцы.
- И что же ты станешь делать теперь? - он наклонился чуть вперед, заглядывая Эрзе в глаза и едва ли не пытаясь этим взглядом навести морок. - Всем расскажешь?
Ни крупицы страха. Ни единой возможности убить.
По крайней мере, на какие-то минуты графиня Эрза отвела от себя возможность быть безвременно почившей на этом фантасмагоричном празднике льстецов.

+3

5

Мальчишка, сущий мальчишка. Ребёнок, который не знает как себя вести в обществе, который не знает, что такое хорошо, что такое плохо. Дитя, не умеющее скрывать свои порывы. Слишком юн, слишком открыт. Сердце как на ладони. О, Эрза знала к чему приведут её слова, знала. Надеялась посмотреть, надеялась показать, надеялась… Ей не было больно, не сравнится эта боль с той, что ей причиняли. Ей не было страшно, страх давно потерялся, оставшись позади, утопленный в ненависти к «хозяину», уничтоженный «хозяином». И сейчас она смотрела в эти прекрасные зрачки, впитывала новый образ, показывала себя, рассказывала про себя, но… Слишком молод был принц, чтобы понять, чтобы осознать. Чтобы даже помыслить о том, что везение было не причем. Усталость. Всего лишь усталость старой демонессы, которой надоело хоронить своих братьев, которой надоело лечить искалеченных, которой надоело добивать, чтобы не мучились. Быть милосердной, быть жестокой. Надоело.
- Дитя, кем же ты воспитан, что видишь угрозу там, где её нет, - Эрза протянула руку, чтобы ласково провести кончиками пальцев по щеке. Интимный жест, увидев который, многие могли подумать, будто у графини к принцу чувства. Романтические. А то был лишь жест матери, утешающий ребёнка. - О чём рассказать? Что ты прекрасен? Что ты ужасен? Что ты юн? А может о том, что порывист?
Резко отшатнувшись, графиня делает шаг назад. Она раскидывает руки в стороны, демонстрируя себя. По её шее течёт кровь, но демонесса не обращает внимания на эти недостойные мелочи. Свет Альгмары освещает её, ласкает её тело, не скрывает ничего. Госпожа будто показывает себя со всех сторон. Такой, какой она является. Прекрасной. Страшной. Восхитительной. Слабой. Разве она чем-то отличается от тех, кто сейчас стоит на пьедесталах? Разве она виновата, что рождена такой? Недостижимой. Для других непонятной.
- Что видишь ты во мне, принц? Уродство? Я похожа на тех, кого ты считаешь своими «родственниками»? Я похожа на тех, кто сидит там и смеётся над слабыми? Похожа?! - ярость захлёстывает графиню, но она не двигается. Смотрит прямо, обнажая свою душу. Выплёскивает боль, но лишь на мгновение. А на устах всё та же безмятежная улыбка. - Моя «маска» отличается от твоей лишь возрастом. Не стоит верить всему, что ты видишь, не стоит доверять свой секрет каждому.
Она тотчас сдувается, складывается, горбится. Будто старуха, которую согнул не один десяток лет. Но это лишь мгновение. В следующий же момент, она распрямляется. Гордо поднимает голову, а в глазах стоит уверенность. В своём превосходстве, в своей правде. В себе. На её глазах замучили не один десяток братьев и сестёр, она помнит каждого, она скорбит по каждому. Но час расплаты близок. Он здесь, лишь в нескольких шагах. То, ради чего она жила все эти годы, то, ради чего стоило помучится. То, что было людьми заслужено.
Её снова разбирает смех. Торжествующий, ликующий. Она понимает недоверие, но ничего не может с собой поделать. Принц не знает, насколько его появление… Забавно. Насколько его появление долгожданно. Он ничего не понимает, этот неоперившийся юнец. Не понимает, что нельзя так явно демонстрировать свои секреты. Не научили? Жаль. Урок будет, пожалуй, слишком жестокий.
Хищно улыбнувшись, женщина делает резкий рывок вперёд. Быстрое мелькание пальцев и вот в её руке зажат тонкий волосок. О, она готова к смерти от этих рук. Но сначала она покажет, покажет, как можно играть, как нужно играть, если хочешь сохранить свой рассудок.
- Смотри, смотри внимательно, не отводи взгляд, - шёпот, пронизывающий, разносится по скрытой от посторонних глаз полянке. Боль привычно скручивает суставы, привычно ломаются кости, но Эт'рей не издаёт и звука. Она не отводит взгляд от глаз дара, что так вовремя попался ей на глаза. Лишь лёгкий выдох, и на полянке стоят два принца. Реальный и тот, которого Эрза видела мгновения назад. Шаг вперёд и вот они стоят рядом. Двое, он и отражение. Прекрасное, восхитительное. Эт'рей улыбнулась, демонстрируя маленькие клыки на не своём лице. - Скажи, разве мне нужно хоть что-то рассказывать? Ведь я могу просто сделать…
Её рука касается лица Кристиана, а потом маска начинает стекать, впитываться в землю. Лучше мальчику не знать, сколько ужаса можно испытать, когда тебя калечит тот, кого ты больше всех любишь. И она не хочет вспоминать. Лишь продемонстрировать намерения. Не так уж и сложно достать материал для превращения, не так уж и сложно натянуть чужую шкуру. Противно - да. Но не сложно. И ничего не придётся никому рассказывать, ведь можно просто прожить за другого жизнь. И никто не догадается. Никогда и ни почем. Но Эрза не будет поступать так, как поступают люди. Не будет пользоваться своим превосходством. Не в силе, нет. В опытности, в мудрости.
- Не хотите ли потанцевать, ваше высочество? - графиня Эт'рей вновь на полянке. Кроткая, милая, бесконечно очаровательная. А в глазах горит надежда. Жадная, жаркая. Яркая, ослепляющая. Надежда, что принца не успели испортить люди. Надежда, что боль, наконец-то, утихнет.

Отредактировано Эрза (2020-06-01 13:24:47)

+5

6

"Специально?"
Принц, подозрительный в последнее время ко всему и вся, даже к самому себе - в особенности, к самому себе - готов был сколь угодно пытаться сохранить терпение и самообладание.
Ни на секунду его не покидало ощущение, что все это  - хорошо спланированный спектакль, очередная провокация, должная вывести его из колеи и направить в ложное русло. Обманывать знать на Кинмоку готова была ежечасно, и чем лучше графиня Эрза?
Тем, что демонесса?
Или тем, что вела себя столь разнузданно, памятуя о том, с кем говорит? Многие демоны были смелы, но прятали эту смелость из страха быть наказанными. А те, кто пробивался на самые вершины, дорожили местом под лучами Нагаре, не собираясь никому его уступать.
"Точно как Натаниэль".
Кристиан тяжело вздохнул, но его печальные размышления были прерваны сменой поведения графини. Он смотрел на нее и видел совсем не ту, кого она показывала другим. Женщину совершенно иного характера и склада ума - порывистую, амбициозную, не боящуюся дать волю собственным эмоциям.
Аристократам, так или иначе, приходилось сдерживать собственные порывы, дабы не ударить в грязь лицом. Иногда это получалось, а иногда случались и казусы.
Похоже, Эрзу совершенно не волновало, что в любой миг их могут заметить собравшиеся на празднике люди, и тогда точно посыпятся на их головы лишние вопросы. Уверенность - это замечательно, но не тогда, когда таковая граничит с форменным безумием.
- Ты другая, - негромко откликнулся принц, не готовый совершенно к тому, что будет дальше. Да и разве можно готовиться к чему-то, когда общаешься с созданиями хаотичными, как сами звезды? Кристиан знал, что конструктивного диалога может не получиться.
В особенности сильны его сомнения были в тот момент, когда, отбросив ярость, графиня-демонесса решила немного поиграть.
"Что?
Проклятье! Она умеет менять облики?.. Так вот, почему она добилась таких высот...
Умение применять маски там, где нужно!"

Все, что нужно было делать для сохранения собственного спокойствия - это дышать глубже, чем обычно. Его проверяли? Что ж, прекрасно...Проверка на прочность будет пройдена с большим успехом. Ведь ему вести за собой свой народ. Только ему. Не какой-то жалкой копии, возомнившей себя настоящей.
Копии всегда пытались превзойти изначального хозяина, и выходило это порою весьма недурно. Но в случае Эрзы Кристиан уступать не собирался.
Она была хороша, но что пыталась сделать, демонстрируя свои способности? Убедить в собственной значимости? Подтвердить свои заносчивые слова делом?
У нее бы не вышло переубедить принца, но, похоже, делать этого она вовсе не собиралась.
Кристиан выпрямился - плечи его откинулись назад, будто бы делая молодого монарха чуточку выше, чем есть на самом деле. Тьма, поглотившая белки, отступила, но на мгновение спала иллюзия, прикрывающая рога - влияние недавно призванных заклинаний. Они задержались в реальном виде на несколько секунд, чтобы вновь возвратиться в прежнее невидимое состояние.
- Танцы для меня давно закончились, Эрза, - выдыхает его Высочество. Сейчас нужно было бы по законам жанра пригубить багровое, точно кровь, вино и посмотреть на тусклое мерцание звезд у себя над головой. Слишком мрачно. - Мне и слов, признаться, тоже сейчас не хочется. То, что я хочу сделать для своего народа, можно сотворить в абсолютной тишине, которая многим чужда. Нужны крики, рев, стоны. То, что способно выразить боль, которую мы им причиним.
Он хватает руку графини - судорожно, как безнадежный больной, обреченный на скорую погибель. Не способный помочь себе самостоятельно, но могущий выразить свои чувства.
- Скажи - ты устала? Тебе надоело, что слабые, низкие мрази совершают все это с такими, как я и ты? Ответь мне. Сколько ты ждала? - монарх говорил быстро, будто бы боясь, что их услышат, но на деле даже не пытаясь скрывать всю свою горячность. Пускай его считают юным и не слишком мудрым, он все равно добьется своего. Для него цена будет высока непомерно - это знал всякий, включая его.  - Сколько прошло времени с тех пор, как последний Повелитель пытался что-то изменить? Двадцать, пятьдесят, сто лет? Вы ждали меня? Я здесь. И никто, кроме меня.
Он поднял взор на Эрзу, желая не упустить ни единой эмоции, промелькнувшей на ее лице.
"О чем она думает? Считает меня неопытным и недостойным?
О, я...
Непременно оправдаю ожидания. Более чем".

- Ты готова будешь начать...сегодня? - горячо спрашивает Кристиан, и голос его на миг подрагивает в предвкушении - а рука молодой женщины все еще удерживается в хватке. В конце концов, союзников не следует отпускать далеко от себя...Если они действительно союзники.

+2

7

[AVA]http://forumfiles.ru/uploads/001a/32/39/96/308517.png[/AVA]

Горячность молодости, бывает, сильнее осторожной старости. Кого она видела сейчас перед собой? Принца? Для неё титулы не значат ровным счётом ничего. Юнца? Когда-то и она была такой же порывистой. Ей когда-то тоже хотелось изменить весь мир. Повелителя? Больше никто и никогда не будет властвовать над ней. Орудие? Разве может она так думать, видя перед собой живое существо, а не жалкий бездушный инструмент, коим когда-то была сама Эрза? Родича? Она не знает, насколько было тлетворно влияние людей. А словам... Словам графиня не верит уже лет сто как. Так кого же? Кто он? Кто этот мальчишка, что стоит перед ней? Кто этот юноша, что так сильно сжимает руку? Для них? Нет, для неё?..
Надежда. Надежда на будущее, которого у неё нет и вряд ли будет. Надежда на то, что у детей больше не будет пустых глаз. На то, что каменный пол больше не обагрит кровь. Что ей больше никогда не придётся выкупать демона и использовать, как раба. Надежда, что Эт'рей больше не придётся скрывать истинную суть. Надежда, что ей перестанут снится кости тех, кого она хоронит после преступления людей. Надежда.
Сильная, яркая, чистая. Верит ли она в старые басенки? Готова ли она рискнуть? Потерять всё? Она уже давно не живёт, лишь существует. Коптит небо, оскверняя людскую землю. Живёт по инерции, а не для себя. Есть ли что терять графине?
-Устала, - эхом отзывается сердце. Шёпотом отзывается душа. Ждать она тоже устала. - Слишком долго ждала.
Глаза абсолютно сухие. В них давно не осталось слёз. Выплакала много лет назад, теперь остались лишь раны на сердце. Она смирилась со своей участью. Не спасать, так хоронить. Легко ли быть могильщиком? Легко ли быть тем, через чьи руки прошла не одна жизнь? На чьих глазах было убито так много... Слишком много для одной жизни, а Эрза сменила уже десяток масок.
Ненавидела ли она людей? Нет. Ненависть слишком яркое чувство, жаркое, чтобы применять его к людям. Ненависть давно сменилась безразличием. Осталось лишь презрение. Порой оно захлёстывало, сбивало с ног. Топило, заставляя задыхаться. Заставляя понимать, что Эт'рей не лучше. Что Эт'рей ничего не может изменить. Лишь наблюдать, лишь ждать. Может хватит?..
- Сегодня?.. - эхом откликается графиня. Рука, зажатая в горячечной хватке, даже не пытается освободится. Некуда бежать, да стоит ли? Может пора выйти из тени? Может пора перестать боятся? Перестать бежать от себя?
"Вряд ли ты оценишь дар, что я тебе преподнесу. Вряд ли ты о нём узнаёшь. Да и не зачем тебе знать, дитя, какими мы были когда-то. Твоё дело - будущее, оставь старшим прошлое."
Подавшись вперёд, Эрза лишь на миг касается губ принца своими, а потом её сотрясает дрожь. Облик течёт и плавится, коверкая лицо в жутких гримасах. Тело выгибается в немыслимых позах, чтобы в следующее мгновение застыть. Нет больше на поляне графини. Нет на поляне госпожи. Все маски слетели, оставляя под собой давно выброшенную. Но, как оказалось, старые привычки довольно сложно забыть, а уж эту маску - маску Пересмешника, Эрзе не забыть никогда.
- Сейчас! - безумный оскал уродует лицо женщины, что скрыто под маской. Всё тело испещрено шрамами, половины ногтей нет, осталось лишь мясо. Лицо закрывает полумаска, в прорезях которой светится безумием лишь один глаз. Именно таков был Пересмешник. Искалеченный хозяином, изуродованный жизнью.

Отредактировано Эрза (2020-06-01 23:35:31)

+3

8

"И сколько их еще, таких, как она?
Искалеченных, страждущих?
Она верит, я это вижу. Сохранилась ли та вера в других - тех, кто отыщет в себе силы откликнуться на призыв и изменить свое будущее? Как бы знать..."

Кристиан знал, что многие - слабы. Демоны, всю жизнь бывшие рабами, какое будет из них войско и не убегут ли они, почуяв угрозу для собственной шкуры? Принц догадывался: таких, как Эрза - единицы. Тех, кто жил на свете, судя по всему, давно, но все еще не утерял надежду что-то изменить.
Другие сказали бы - как можно изменить мировоззрение за раз? Как те, кого ты считал ничтожными рабами, вдруг в единый миг превратились в твоих братьев и сестер?
Легко.
Все в этом мире менялось, и некоторые к переменам шли долго, переваливаясь через встречающиеся на пути преграды и даже не думая ломать их своей силой. Но принц шел иначе. Он шел прямым путем, шел по головам, не прилагая к этому особенных усилий. Даже отцу задурить голову оказалось легче легкого - и если бы не случившееся несчастье, он давно был бы послушной марионеткой в руках отпрыска. Кристиан отчасти любил отца, но справедливо считал, что горе от потери возлюбленной совершенно его надломило.
Жестокая насмешка судьбы - вот, что это такое.
Человеческий повелитель оказался существом искренне демоническим. Его немного напрягал этот факт, ведь Кристиан считал себя властелином собственной судьбы, но оказалось...
"Она правильно смеялась".
Все давно уже решено. За него. До него.
Пора принимать решения самостоятельно.
Ее губы были горячими, но очень сухими, а мелькнувшая уверенность безумной во взгляде могла бы испугать любое благоразумное существо. Всколыхнулась в ней внутренняя сила, повеяло теплом - почти родным. Теперь, зная об обоюдной маленькой тайне, они могли действовать сообща.
Но вопрос доверия оставался по-прежнему открытым.  Единственным демоном, которому Кристиан доверял всецело, оставался Натаниэль. Но что же Эрза? Предугадать движение ее ума было невероятно сложно, практически невозможно - вероятно, благодаря той доле вешнего безумия, которую она демонстрировала сполна.
Да и в целом то была уже не она.
Искореженное невесть чем тело, лицо, прикрытое маской - теперь все походило на спектакль еще больше. Но вины в том графини не было - по сути сработал спусковой механизм.
Явление Повелителя, течение его силы многим вскружило голову и, вероятно, даже люди что-то почувствовали.
Когда одна из герцогинь, вышедшая в сад, дабы справиться у Его Высочества, когда он изволит отбыть, вышла в сад, принца уже не было в нем. Она не успела даже вскрикнуть, когда голова ее отделилась от тела резким ударом меча, зажатым в когтях неизвестного ей демона. Он не скрывал более себя иллюзией, позволив заметно выросшим за несколько недель рогам показаться в полном размере. Залитые чернотой белки глаз с мерцавшим златом зрачков смотрели жестко, уверенно. Когтями было очень удобно не только наносить удары, но и что-то вырезать - нужно было подумать о создании какого-то особенного знака.
Но это потом. Все потом.
- Вечер прекрасный, не правда ли, Qunae? - он вдохнул аромат первой крови, и был вкус ее ярок, пробуждал внутри дрожь нетерпения. - Нужно наказать их всех за твое долгое ожидание.
Повелитель обернулся к Эрзе, разглядывая ее с улыбкой, не предвещавшей ничего хорошего тем, кто заперся внутри, дабы посмотреть на рабские пляски.
"Отвратительные ничтожества.
Недостойные даже увидеть своего палача".

- Окажем честь гостям и позволим им увидеть, - негромко прошипел демонический владыка. Накладывать иллюзию на всех гостей было бы весьма затратно, а силы понадобились бы абсолютно точно.
Решительным движением Кристиан смахнул с себя верхнюю часть одеяния. Беззастенчиво порванные дорогие ткани, измазанные в крови, он быстро превратил в пепел, наслав простенькое огненное заклинание.
Никто не должен был знать и видеть.
Холод коснулся обнаженной груди - холод торжества, вечернее раздолье.
- Но немного темноты, все же, не повредит, - глубокомысленно добавил он, прикрывая глаза и вытягивая вперед ладонь. Поглощение энергии магических огней было делом простым и недолгим.
В помещении раздались первые встревоженные крики.
[icon]http://forumfiles.ru/uploads/001a/32/39/5/148090.png[/icon][nick]Кристиан[/nick][status]soul eater[/status]

+2

9

[AVA]http://forumfiles.ru/uploads/001a/32/39/96/308517.png[/AVA]

Пересмешник хохотал. Он надрывался, складываясь по полам, но из горла не вылетал ни один звук. Спасибо хозяину за этот дар. Молчание - вот, что пугало жертв больше. Смешлив был Пересмешник, очень смешлив. Ему казалось забавным абсолютно всё. Давно он не был так спокоен, давно он не был свободен.
Безумная маска давно покоилась на дне сознания Эрзы. Но... Он всегда рядом, всегда с ней. Здесь, внутри. Ничто не способно залечить те раны, что были нанесены. Именно Пересмешник позволял графине оставаться... разумной? Скорее вменяемой, а не рвать всех направо и налево. Чудесное изобретение натуры эти маски. Ведь каждой можно отдать кусочек себя, оставаясь при этом цельной. Госпожа - маленький вираж, состоящий из осколков.
Она стоит, не шевелясь. Чего-то ждёт, к чему-то прислушивается. Ей не важны слова, ей нужны лишь действия. Сотни лет она видела, как даются и тут же нарушаются обещания, как нерушимые обеты спадают, стоит лишь их хозяину передумать. Слишком ветрены люди. "А он?.."
Терпкий аромат крови достигает сознания. Как давно это было? В прошлой жизни, не иначе. После того, как Эрза спрятала Пересмешника, она никогда не убивала своими руками. Но сегодня... Особый вечер. Вечер откровений, вечер надежды. Разве можно его опошлить притворством? Разве можно позволить себе притворятся? Эрза - Пересмешник. Такой её назвали, такой она была. Тогда. Давайте прокричим во всё горло спасибо тем, кто делает из нас - зверей. Давайте поаплодируем стоя каждому, чей след остался на шкуре. Её шкуре, их шкуре. Разве это важно?
В какофонию криков влился лишь глухой звук аплодисментов. Пересмешник не сдержался. Ухмыльнувшись, женщина поклонилась голому Повелителю. Шутовски, притворно, совсем не по-настоящему. А потом щелкнула пальцами, показательно, чтобы обозначить действие. Раз принц красуется, то почему она не может? Её одежды тут же спали, показывая всё то, чем она когда-то была. В отличие от Кристиана, Пересмешник не мог похвастаться нежной кожей, в которую ежедневно втирали лосьоны, крема, масла. Не было там красоты и изящества, лишь рубцы, красные, воспалённые. Именно таким был Пересмешник в последний раз. Всё тело покрывали синяки и кровавые разводы. Грязь, казалось, въелась под кожу, а суставы явно были вывернуты не раз. Картина, любовно созданная человеком. В конце концов, разве не этого они ждут от демонов?
- Уж простите, вашество, - кривляясь и танцуя, Пересмешник выступил вперёд, - но я не очень люблю громкие звуки. Давайте немного изменим ритм?
Глаза налились красным, активируя заложенные в тканях кусочки силы. Почему-то никто и никогда не догадывался, отчего Эт'рей так печётся, чтобы её ткани были не только лучшими, но и общедоступными. Она хотела нарядить всю Зейтуну. Многим казалось это безумием, но то был лишь холодный расчёт. Капельки силы были вплетены в полотно, чтобы потом слушаться своего создателя. А теперь хозяйка хочет назад то, что ей задолжали. Крики стали чуть тише.
Господа, которые ещё не давно так рвались вперёд, надеясь хоть в саду найти спасение, начинали падать, как опавшие листья. Пересмешник, танцуя, двинулся вперёд. Присев перед человеком на корточки, женщина любовно погладила лицо. А потом ногтями начала выдавливать глаза. Первые аккорды мелодии начались. Крики создавали прекрасную музыку...
- Только после вас, - выпрямившись, женщина склонилась в глубоком поклоне, указывая на чёрный дверной проём. С её рук стекала кровь, но она даже не пыталась вытереться. Сегодня она готова искупаться в крови. Шаг назад и женщина наступает на горло очередному "гостю", который тут же начинает сопротивляться, пытаясь сделать хотя бы вдох. Но она не шевелится, пока под её ногами агонизирует животное. - Окажите честь.

Отредактировано Эрза (2020-06-02 11:18:41)

+4

10

Наказание.
Это ли не работа палачей?
Получать удовольствие в процессе разъединения тканей шеи с головой, слышать в хрусте позвоночников восхитительные симфонии, пить боль, дегустируя ее, как дорогое вино.
Но порою тишина была действительно более подходящей. Как сейчас, когда ночные переливы птиц, живущих в саду, замерли, а звезды были слишком уж тусклыми.
"Я хотел бы, чтобы некоторые из них запомнили нас.
Или звезды.
Не знаю".

У них обоих не было теперь времени для сомнений. Впусти их сейчас в это место - и они испортят все, испоганят красоту момента. Ладони, на которых кровь уже начинала засыхать, все еще сжимали меч - ведь какой правитель посещает людные места безоружным? Таскать с собой повсюду свиту из охраны не имеет смысла, если ты идешь в круг друзей. Как  оказалось, из друзей...возможных друзей здесь была лишь графиня.
Что, по сути, он мог знать о ней?
То, что она несчастна? Безумна? Неизвестное количество лет вынуждена прятать под маской свое истинное лицо? Пожалуй, этого было предостаточно, но жалеть правитель практически не умел. Зачем испытывать жалость, если можно отдать в руки возможность жить лучшим образом?
Графиня уже сделала свой выбор - натянулись в пространстве нити ее силы, затрещали по швам магические одежды. Кристиан даже выдохнул - сильна. Очень. Вопрос возраста или умения обращаться со своими способностями должным образом?
"Поглядим..."
Кровью и болью наполнилось имение, но кто мог бы услышать это, кроме двоих демонов? Соседей нет, и на помощь прийти некому.
- Милые маленькие человечки, - нараспев произнес Его Высочество, двигаясь вперед, не особенно заостряя взгляд на уже безвременно почивших существах. Но сполна насладившись видом самой Маски.  Кто принес ей все эти увечья? Тот наверняка уже не дышит и не отравляет собою существование благословенной планеты Кинмоку.
В противном случае - как же глупа, должно быть, эта молодая женщина, коли не дала отпор своему обидчику...
Но в действительности все было очень даже прелестно. Их план удался бы с абсолютной вероятностью, но стоило ли раскрывать все карты сейчас? Всех юных господ учили, что играть с едой и игрушками за праздничным столом нельзя, и за это может последовать наказания.
Они двое не были юны.
Они могли решать сами, но замашки воспитания сидели где-то в голове и не давали спокойно дышать.
Пинком ноги прочь отправилось тело. Невразумительно уродливое, оно вселяло в разум лишь чистейшее отвращение. Какое-то непомерно льстивое тело, достойное лишь демонического огня.
- Господа! Я счастлив сообщить вам одну весть, - молодой Повелитель оказался во мраке помещения, освещенного лишь свечением Альгмару, и обратился к тем, кто еще стоял на ногах или бы не в силах двигаться от шока и непонимания. - Сегодня никто не уйдет отсюда опечаленным.
Смахнув с меча капли чужой крови, он ненароком облизнулся, заприметив блеклый ужас на лицах собравшихся. Двери никто из них не удосужился проверить - и ныне вакуумная стенка надежно удерживала любого человека от побега. Тем более, что дверь была...одна.
Никто не попытался напасть, кроме одного гордого дворянина, выхватившего меч и ринувшегося навстречу с криком "Сдохни, презренный!". Некрасиво шмякнулась на пол его полная ярости голова. Ярость затмевает рассудок, и где же аристократическое хладнокровие? Канула куда-то в безвестные дали.
- Танцуйте, веселитесь, - крикнул демон, перекрывая поднявшиеся крики ужаса. - Отпразднуйте день вашей смерти как следует!
Смех наполнил его легкие.
А через несколько секунд перед его глазами встало кровавое марево.
Принц не уделял внимание каждому - просто резал, рвал, запускал когти под кожу, раздирая плоть. Он не был потрошителем, но некоторые части внутренностей очаровательно расплескались по белоснежным когда-то стенам и украсили собою даже величественные колонны, на которых прежде были розоватые цветы.
Кровавые следы, заполнившие залу, были повсюду.
Жутковато смотрели отрубленные головы потерявшими жизнь глазами в потолок.
Высунутые наружу языки замерли в последней попытке попросить пощадить.
Никто нее пытался сражаться - все пытались прорваться к дверям, и там отыскали свою смерть. Температура в кровавой бане была непомерно высока, ибо даже самый жаркий пустынный день не был обозначен яростью.
"Всех убить. А потом сжечь.
О...да."

Он вдруг живо вспомнил свой первый раз. В грязи, крови, когда отрезанный жалкий кусочек плоти безвольно поник между ног у бывшего верного раба. Тогда все было по справедливости.
Сейчас, смахивая на пол попавшие под удар чьи-то пальцы, принц понимал, что справедливость была и теперь.
Справедливость.
Они просто должны сдохнуть.

Запах свободы. Возможно, слишком грубо и пошло - но так оно было.
Криков почти не было, и едкий металлический запах свободно гулял по омертвевшей зале, усыпанной телами. Славная кровавая жатва, которую необходимо будет подчистить.
Несомненно. Позже.
[nick]Кристиан[/nick][status]soul eater[/status][icon]http://forumfiles.ru/uploads/001a/32/39/5/148090.png[/icon]

+3

11

Пересмешник лишь восхищённо прицокнул языком, наблюдая как технично отлетает голова дворянина. "Низко летит. Видать к дождю. Из крови." Более не обращая ни на кого внимания, Эрза подхватывает голову и, нацепив её на руку, будто куклу, идёт совершать свою жатву.
За принца женщина не беспокоилась, выгрызая очередному мешавшему нос той самой головой. В конце концов, мальчик должен уметь за себя постоять. Пригнувшись от летящих в стороны кишок, женщина шла  вперёд, прокладывая себе путь. Всё тело давно было измазано в крови, стоит сказать принцу спасибо. Но её это не беспокоило. О, нет. Она наслаждалась. Не шла она по полу, танцевала. Каждый вскрик - мелодия, каждое па - чей-то всхлип.
Видела перед собой лишь ужас. И не видела презрения, не видела похотливой зависти, не видела этих масленых взглядов, которые были каких-то пару часов назад. Куда всё это делось? Растворилось. Легко издеваться над слабыми, легко быть скульптором на живых телах, вырезая нужные орнаменты ножом ли, ногтём ли. А теперь, когда всё изменилось, теперь, когда вместо статуй ты видишь другого - не слабого, нет. Сильного. Гораздо сильнее тебя. Так что же бежишь, поджав хвост? Что же не даёшь отпор, о гордый и великий человек?
"Что же вы, господин, не защищаете свою жену, а лишь защищаетесь ею? Отчего мой кулак проходит сквозь её тело, а вы откидываете труп в сторону и бежите, чтобы поскользнутся на чьих-то кишках. Не вы ли больше всех разглагольствовали, что демонам нет места среди развлечений благородной знати? И стоит выпускать им кишки и вешать на столбы, в назидание. Конечно же в назидание, чтобы никто не посмел больше вам перечить. Чтобы ни один демон не смел сопротивляться насилию. Ну так прошу, досточтимый, не побрезгуйте отведать собственного угощения."
Откинув в сторону ненужную уже голову, женщина достает из причёски безвременно почившей жены маленькую шпильку, которую потом с большим удовольствием всаживает в глаз обделавшемуся дворянчику. Крик звучит музыкой для её ушей. Этот крик правильный, этот крик верный. Она хотела бы, чтобы каждый звучал именно в этой тональности, но... Время. Время течёт, время меняется. С сожалением оставив новую игрушку в покое, женщина одним легким движением руки распарывает живот и вытаскивает кишки наружу. Жемчужные и блестящие... Она любовно разглаживает их, смотря в глаза тому, кто когда-то считал себя повелителем жизни. Затем же, она обвивает внутренностями шею господина, будто самое дорогое колье, которое тот всё время не хотел дарить жене, зато с удовольствием одаривал танцовщиц.
Завершив свою картину, женщина приподнимается, чтобы направиться к следующей жертве. Она помнила всех, она помнила каждого. Долги, долги, долги... Не любила их, не копила их. В какой-то мере им даже повезло, этой аристократии. Для них всё закончится здесь и сейчас, и будет не так больно, как если бы Эрза нашла их потом. В отличии от Пересмешника графиня отличалась более... изысканным вкусом. Каждая смерть была истинным творением, целым спектаклем, с главными и второстепенными ролями. Так пусть радуются они, эти ничтожества, что принц дозволил им умереть. Быстро. Пусть и не красиво. Зато не так болезненно.
Настигнув в этом ворохе жалких подделок, считавших себя истинным светом дворянства, очередную досадившую ей госпожу, Пересмешник отвлёкся. Жатва подходила к концу, потому этот шёпот, еле слышный, наконец можно было разобрать. Оглядевшись, женщина оскалилась. Быстро перерубив горло аристократке, так и не поиграв, Эрза подошла к главному виновнику сегодняшнего торжества. Под ошмётками тел обнаружился сам герцог Альхиди.
- Поща... ды... - шептали его губы, а безумные глаза с ужасом наблюдали за тем, во что превратилась когда-то величественная зала. Больше не было ни единого белого пятна, всё было чёрным. Стены, пол, потолок... На любимом портрете отпечаталась чья-то рука, а на раме свисал позвоночник.
- Пощады? - переспросил Пересмешник, чтобы в следующий миг безумно расхохотаться. Страшный то был хохот, он отражался от стен и возвращался обратно. Все звуки стихли. - Пощады.
Кивнув самой себе, демонесса пошевелила пальцами, надеясь что ткани помогут подняться этой туше, в которую превратился когда-то блистательный герцог. Но лёгкая органза не могла преодолеть непреодолимое, потому девушке, поморщившись, пришлось всё брать в свои руки.
- О, великолепнейшее видение, о могущественнейший из ныне живущих, о величайший, - громко, нараспев, произносила Пересмешник, тягая графа за ногу. - Сей недостойный раб молит вас о малой милости, - бросив несопротивляющееся тело под ноги принцу, Эрза отвесила лёгкий поклон. - Этот мерзавец молит о пощаде. Я же молю вас о суде. Разве звери мы, чтобы вершить судьбы без суда и следствия? Разве подобны мы им? Требуем суда. Мы требуем суда, - маска, являвшаяся вовсе не маской, а куском кожи, отцепляется от лица, чтобы показать провал с правой стороны. Левый же глаз смотрел с прищуром. - Мы требуем справедливости.[AVA]http://forumfiles.ru/uploads/001a/32/39/96/308517.png[/AVA]

Отредактировано Эрза (2020-06-02 16:30:55)

+4

12

У пороков были свои лица.
Лица, которые хотелось стереть, сгладить, приравнять к земле. Их должно было быть меньше на этой планете - меньше сочащихся ядом языков. Меньше голов, заполненных лишь мыслями о собственном превосходстве.
Им не было места рядом с теми, кто был сильнее и одним вечером собрал достойную жатву.
Была одна маленькая и весьма существенная деталь, от которой начинало кружить голову. Ощущение власти в своих руках в роли творца нового мира.
Кристиан готов был стать им, принимая на себя новое бремя и новую ответственность за жизни своих собратьев. Сколько из них сегодня за ним последуют? Десять? Двадцать? Не столь важно. Настала пора переходить от слов к делу, а кровь, которой сполна наполнились ладони молодого Повелителя, говорила красноречивее любых фраз. Под конец бойни он был весь покрыт ею, и этот вызывало в его душе определенный трепет.
То, с каким чувством выворачивались суставы.
С каким немилосердием рвались волосы и тонкие жилки.
И как нынче выразительно хлюпала кровь под его стопами - звук отвратительно естественный.
На Кристиане не было ни единого сухого и чистого места, да разве же осмелится дворцовая стража или слуги следить за тем, куда направляется их господин и каким он возвращается с знатного приема? Может, не повезло ему да напал на него кто - так охрана понесет свое наказание.
Охрана, от которой этим вечером, прислушиваясь к интуиции, Кристиан благоразумно отказался. Для стражи это был бы невероятный удар, а для принца два или три лишних трупа.
Хотя сегодня все были очень уж вовремя. Как бы это сказать? Подходящие к ситуации трупы.
В этот раз должны были умереть все, но послушные марионетки, всенепременно, должны были остаться на десерт. Достойное завершение вечера...Любопытно, что же предполагал сам хозяин вечера в качестве финального аккорда? Может быть, прилюдная порка или простое избиение? Нет, едва ли такое в его духе...
Скорее всего, он пустил бы кровь одному из своих "живых камней" и наполнил ее кровью бокалы...Почему бы и нет? Такое развлечение в духе герцога.
А в их духе - превращать чужой праздник в свой и никак иначе.
Кристиан услышал смех, и грудь его на миг перестала вздыматься в жаре бойни. Ему было липко и горячо, он не спешил размазывать кровь, потому как знал, что стереть ее не поможет теперь даже простая вода. Нужно будет возвратиться во дворец и надолго закрыться в купальне, растирая тело ароматными настоями и вслушиваясь в постепенно успокаивающееся биение собственного сердца.
Но не сейчас - после.
После блаженное расслабление и уединение с мыслями. Теперь зрелище еще не закончилось, ведь в зале по-прежнему были живые. Не только бывшие статуи, перемазанные в чужой крови и в страхе застывшие у недалекой колонны, но и сам виновник торжества.
"А виноватых ведь нужно наказывать", - услужливо подбросило мысль сознание. Губы растянулись в нехорошей улыбке, когда нога наступила на лапу бывшего подданного.
Чужака, которого хотелось поскорее раздавать.
"Как ты слаб и омерзителен, Альхид. Как ты только себя выносишь?"
- Суд?.. Ах, суд. С доверенными. Не так ли? - Кристиан медленно перевел тяжелый взгляд в сторону группы демонов, замерших в ожидании. Они чуяли силу, но не смели приблизиться к Повелителю и его спутнице ни на шаг. - Как вы считаете, доверенные, достоин ли этот человек снисхождения и помилования?..
Демоны переглянулись между собой, что-то беззвучно сказали, и вскоре приблизились, глядя сверху вниз на бывшего своего хозяина. Только теперь даже в полумраке можно было заметить на их телах свежие шрамы и синяки. Истязали всех, не щаля плетей и цепей.
- Они сказали - нет. А ты не слышал, че-ло-век? Суд счел тебя недостойным и снисхождения ты не заслуживаешь, - хрустнула кость под его ногой - герцог вскрикнул из последних сил. Кристиан с мягкой улыбкой указал подошедшим подопечным на жалкое подобие двуногого существа, скорчившегося на полу. - Покажите этому человеку ваш гнев.
Им не нужно было особенных указаний дальше, и крики герцога вскоре стихли.
Принц вновь стоял чуть поодаль, близко к выходу в сад. Он наслаждался подступающей к обнаженной груди прохладой и, удерживая весь тела с опорой на ближайшую стену, глубоко дышал.
- Тебе понравился танец? - одними губами прошептал Повелитель, находя в себе все еще силы дарить улыбку своей спутнице.
Ему неважно было, сколь уродливо ее лицо и сколько старых ран на теле.
Поступки говорили лучше внешности.
И они были поистине прекрасны.
[nick]Кристиан[/nick][status]soul eater[/status][icon]http://forumfiles.ru/uploads/001a/32/39/5/148090.png[/icon]

+2

13

Когда живёшь не одну сотню лет, многие вещи перестают тебя удивлять. К слишком многому ты привыкаешь, а иногда додумываешь за других. Прозорливость? Или просто привычка, которую очень сложно вывести из под кожи.
Пересмешник давно перестал надеяться. Этот осколок внутри мозаичного витража давно перестал отражать свет, а сам он весь как-то померк. Тусклое его нутро не вписывалось в общую картинку, но разве можно разрушать целостность общего, когда одна из частичек уже мертва?
Надеялся ли Пересмешник на то, что суд будет? О, сейчас была проверка. Сможет ли мальчик пройти испытание? Сможет ли он вынырнуть из кровавого безумия и совершить суд? Не просто бойню, нет. Сегодня Пересмешник вдосталь напитался. Он мстил. Не было среди убиенных невинных. Каждый в чём-то провинился, у каждого был свой грешок за спиной, и каждый получил по заслугам.
Но, какой бы смешливой не была эта "маска", Эрза никогда не позволила бы, чтобы их сравнивали с людьми. Они не звери. Они не чудовища, они не монстры. Их душа тоже умеет болеть. Их сердце тоже бьется в грудной клетке. А раны болят ничуть не меньше. Они живые. Умеют чувствовать, дышать, любить, жить... А у них отобрали это право. Отобрали право "быть". Собой. Заводить семьи, а не участвовать в какой-нибудь милой и весёлой игре "а как же демоны спариваются". Дышать, не боясь, что кто-то из "власть имущих" воспримет это вызовом. Отобрали даже право на смерть. Только если так будет угодно "хозяину".
Сколько из убиенных Альхиди демонов молили о пощаде? Сотня? Ни одного? Эрза не знает и, говоря правду, не хочет знать. Но разве этих деток щадили? Разве их слушали? Разве не смеялись им в лицо, переламывая кости в порошок? Нет, Эрза никогда не хочет быть похожей на людей. На этих зверей. Потому она не простит, если мальчик не сможет удержаться.
Но он смог. И сделал всё верно. Он прав, тысячу раз прав, этот молоденький демон, с ещё не развившимися рогами. Эрза и принц уже привели в исполнение свои приговоры. Справедливые для себя. Но решать судьбу "хозяина" должны не они. Лишь те, кому когда-то было отказано в праве на смерть. Теперь же у них появилось право на жизнь. И на суд. Право на честный выбор.
Эрза смотрела на свершаемую казнь. Смотрела, не отрывая взгляд. Она не морщилась, не сутулилась, почти не дышала. Ярость деток была осязаема, но женщина впитывала её в себя. И семечко надежды, почти засохшее, почти угасшее, стало чуть живее.
Руки Эрзы коснулись груди принца, провели ласково по щёкам, по волосам. Вели вдоль рук, а сама она опускалась всё ниже и ниже. Разве нужны слова, когда и так всё ясно? Разве нужны ему ответы, когда он еле держится на ногах? Разве сможет она сказать хоть что-то? Преклонив колени, Эрза уткнулась лбом в заляпанную грязной кровью руку Кристиана. По её щёкам, впервые за долгое время, текли слёзы. Они капали и капали, впитываясь в землю, а вместе с ними стекала и маска Пересмешника.
Реквием. Реквием по прошлому. Реквием по её заблудшей душе. В этих слезах было всё. Надежда, усталость, ярость, радость. Эрза с удовольствием хоронила Пересмешника. Да будет покойна она, эта маска. Да будет покойна она, Эрза. Старая боль уходила из сердца, а раны затягивались. И маленький тусклый осколок витража уже плотно вплёлся в общую картину. Теперь он сиял, подпитываемый надеждой в сердце.
- Спасибо...


С самого утра госпоже не здоровилось. Её мучила жуткая мигрень, подпитываемая вздохами и ахами. Уже все в Зейтуне знали, что было совершенно дикое преступление в поместье Альхиди. Слуги перешёптывались по углам, бросая озабоченные взгляды на графиню. В них читался страх. Страх того, что могло случится. Какой бы ни оказалась женщина другим, но к своим слугам Эт'рей относилась бережно. Почти как мать. Или кладовщик, это с какой стороны посмотреть.
- ... не было даже белого пятна...
- Всё залито кровью, всё...
- Какое счастье, что графине не здоровилось...
- Говорят, даже его наследное высочество принц Кристиан должен был быть там...
- Благослови Альшамс нездоровье госпожи...
- Какое чудо, что принц не поехал...
Шепотки раздавались со всех сторон. Сколько было догадок. Сколько теорий. И ни одна душа не знала правды. Ну, почти ни одна.
- Аш, я устала. Шум сводит с ума. Проводи меня, - прошептала госпожа, делая явные намёки на болтливость служек. Аш тут же склонился в поклоне и бережно взял графиню под руку. Когда-нибудь они поговорят о том, что он увидел на рассвете. Когда-нибудь он расспросит её о крови, которую пришлось отмывать часами. Когда-нибудь он узнает, почему в горле было так много пепла, а с приёма, на который дала положительный ответ графиня, никто не вернулся. Никто. Кроме неё и слухов.

Отредактировано Эрза (2020-06-03 12:35:53)

+2

14

"Зачем?.."
Нет, это "зачем" не было вопросом с оглядкой на совершенное только что преступление.
Завтра по всей столице, точно ядовитые змеи, расползутся слухи. Жуткое убийство, кровавая резня, учиненная невесть кем, лишившая Зейтуну хорошего процента аристократического населения... И как только можно будет отмыться от всего этого? Кристиан об этом не думал.
Он вообще не думал, что кто-то станет подозревать его.
Легенда для завтрашнего дня родилась в его мозгу сама собою. И не нужно было даже думать - ведь по сути никто не знал, что Его Высочество действительно принял приглашение герцога...В конце концов, он был вовсе не обязан сообщать кому-то о своих решениях и посещать все светские мероприятия. Своим присутствием он отдавал дань уважения тем или иным семьям. И те, кто удостаивались сей чести, потом века вспоминали это событие...
Сейчас же монарху просто повезло, ибо он не принял приглашения. И вообще был дома, во дворце, разбирая важные бумаги и принимать не менее важные решения
Те, кто мог бы подтвердить обратное, смотрели на него теперь круглыми глазами и не знали, по всей видимости, что им делать.
Куда могли уйти рабы, которые всю жизнь служили одному господину и теперь были от него свободны? По-хорошему, они переходили в наследство детям и внукам. Но у герцога Альхиди, что странно, детей не было. Вроде бы его единственный отпрыск скоропостижно в юношестве скончался. Сейчас это уже не так важно.
Важнее было принятие решения, ведь по сути этих демонов могли вновь выставить на продажу, только заниматься этим пришлось бы государству...Но, скорее всего, их просто казнят. Во-первых, из-за подозрений к причастности к убийству, а во-вторых - ежели те сбегут - из-за, собственно, побега.
По сути, выбора у них не было.
Почти.
- Бегите, - шепнул он, абсолютно уверенный в том, что его услышат. А если не услышат - поплатятся жизнями. В конце концов, в новый мир достойны будут идти лишь сильные. И если эти демоны сильны - они убегут, не спрашивая и не возмущаясь. Не сомневаясь. Или они рабы настолько, что уже не могу принимать решения самостоятельно? Тогда придется помочь им... Кристиан глянул на столпившихся поблизости демонов и сказал уже намного громче, вкладывая в голос силу приказа: - Я сказал - бежать. Прятаться. Быстро!
Едва ли они сумеют сами отыскать себе место для того, чтобы спрятаться, а то значит, что нужно будет направить их. Догнать и разъяснить, что значит затаиться и не показываться никому на глаза.
Их нужно будет учить.
Вероятно, он поручит это кому-то еще, и уже тогда все встанет на свои места. Принц не получит сразу сильную армию - ведь что можно собрать из рабов, запуганных до смерти? Все постепенно, все медленно и с соответствующими событиями. Так нужно.
- Эрза. Встань.
Он перехватил запястье молодой демонессы, заставляя подняться, касаясь губами кончиков пальцев. Она не должна была делать этого, но и желания утешать у Кристиана не было.
Он видел довольно много тех, кто ломался.
Эрза не была сломленной. Горда женщина, способная управлять.
Кристиан положил обе ладони на ее щеки, обнимая лицо, заглядывая в  глаза, подернутые дымкой слез и недавнего безумия.
- Не нужно слез. Ты достаточно натерпелась. Теперь я здесь, и тебе не нужно будет прятать себя от глаз чужих. Мы все исправим. Правда, мы все исправим, - трудно было преодолеть моментальное желание прижать ее к себе, как ребенка, но принц справился, лишь обведя ее скулу большим пальцем и стерев дорожку слез. - Ты пойдешь со мной. Все это - лишь начало, дорогая Эрза.
Он исчез быстрее, чем можно было заметить.
Тех, кто не стал бежать и прятаться, а тупо застыл на месте, пришлось уничтожить, как слабых.
Такова жертва предстоящей войне.
Такова жизнь.

+1