Вверх страницы
Вниз страницы

Сейлор Мун: узники Кинмоку

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сейлор Мун: узники Кинмоку » ­Архив эпизодов » И маятник качнулся...


И маятник качнулся...

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

https://i.pinimg.com/564x/15/4b/ff/154bffdc47d2c247d69936bbe6bbed8b.jpg

Действующие лица: Аррен, Сейлор Сатурн
Время, место, погода, обстановка: 08 июля 1997 года. Утро. Поместье Мар
Бой, сюжетная нагрузка и необходимость мастера: Продолжение ночного знакомства, раскрытие тайн, возможно посещение подвала. Мастер не нужен.
Пролог:
Вновь идет гулять Бабетта...(с)
Ночной разговор требует продолжения, к тому же не все секреты раскрыты, а темы обговорены.

Отредактировано Сейлор Сатурн (2020-06-01 17:11:55)

+2

2

Выплывая из блаженной черноты сделать вдох. Не этого он желал. Остаться там, в бесконечной пустоте. Видеть сны ни о чем. Не слышать тех, кто жаждал внимания. Этот Шепот сводил с ума. Душа болезненными спазмами выталкивала мага из сна. Обычно. Но сегодня было не так.
Они молчали.

Аррен открыл глаза.

- Тебе понравился сюрприз?

- Весьма, - отозвался граф, бессмысленно пялясь в потолок. Ему не нужно было поворачивать голову, чтобы увидеть ехидную улыбку на лице Учителя. Ее маг видел тысячи раз и этого было достаточно для визуализации. Пожилой мужчина сейчас сидит в удобном кожаном кресле, как и всегда. Воспитатель отличался постоянством. Он всегда знал, когда его нерадивый ученик изволит покинуть мир грез.

Помолчали.

Им не нужны были слова. Старший мужчина легко умел донести желаемое и без них, а младший всегда понимал, что от него требуется.

- Поднимайся, твоя невеста уже давно проснулась и должна была спуститься к завтраку. Или хочешь заставить такую милую девочку ждать, лежебока?

Учитель ушел, а Мар с неохотой поднялся с кровати. Действительно, не стоило заставлять Хотару ждать. Особенно после того, как она подарила ему столь замечательную ночь.

Ночь без Голосов.

Стоя перед зеркалом, мужчина окинул себя придирчивым взглядом.

Из одежды Аррен выбрал более-менее рабочий вариант, но в котором не стыдно показаться перед леди. Темный жакет из плотной ткани с длинными полами, достигающими колен. Штаны из того же материала. Высокие сапоги из толстой кожи. Отличная защита, между прочим, от ядовитых зелий и снадобий, что любят выйти из-под контроля. А ведь в некромантии, при подготовке тела к поднятию требуется не только нарисовать ритуальную схему, но и обработать плоть алхимией. Можно и без нее, но так проще. Можно пропустить некоторые чары – ту же «сохранность плоти».   

И в то же время, сейчас он не был похож на безумного мага-некроманта, в заляпанном кровью балахоне, с не менее безумным взглядом.

Из зеркала на Аррена смотрел взрослый мужчина, выглядящий сильно старше своего возраста. Усталый, но здоровый. Полноценный сон помог избавиться от болезненной бледности. Пусть тени под глазами никуда не делись. Ничего. Зато при свете дня Мар перестал походить на вампира, а уже мог сойти за графа.

Скользнув пальцами по подбородку, маг пришел к выводу, что небритость еще не перешла в ту стадию, когда следует посетить цирюльника. Даже волосы можно оставить как есть, не собирая в привычный хвост, позволив им и дальше пребывать в легком беспорядке.

Обычно некромант не стал бы обращать внимания на свой внешний вид. «Наведение» красоты и даже внешние рамки приличий, в собственном доме, были ему… не то чтобы чужды, но трактовались излишне вольно. Однако сейчас Аррену не хотелось смущать Хотару своей нелюбовью к формальному стилю.

Дело за малым.

- Утро доброе, дамы, - чуть поклонился Аррен, появляясь в столовой. Пусть ночью они и договорились отбросить формальности, но одно дело – посиделки на кухне, а другое – завтрак в присутствии других людей. Слуг дома Мар еще мог проигнорировать, но здесь же присутствовал еще один человек. Незнакомый человек. Видимо та, кто приехала вместе с Хотару.

- Желаю приятного аппетита, - произнес граф, усаживаясь во главу стола и жестом отправляя слуг прочь. Пища уже была на столе, так что ничего не мешало вкусить ее.   

Примерный образ

https://nekoshop.ru/wa-data/public/shop/products/46/43/14346/images/27668/27668.970.jpg

Отредактировано Аррен (2020-06-05 20:52:44)

+3

3

На удивление, не смотря на более чем насыщенную событиями ночь, Хотару проснулась достаточно бодрой. По крайней мере на столько, чтобы иметь силы встать, поплескать холодной воды в лицо, и все-таки записать в тетрадь Сон. Слова находились на удивление легко и не приносили за собой никаких фантомных ощущений, даже удивительно. На столько сильные видения, обычно, достаточно долго возвращались обрывками воспоминаний, с другой стороны, вчерашней ночью реальность потребовала куда больше внимания, чем обычно.
Хотару задумчиво постучала кончиком указательного пальца по губе, или вмешательство реальности, когда ей пришлось сосредоточится на происходящем, насильно вырываясь из нитей видения, которые преследовали даже наяву. Либо же причина в Аррене. Других новых факторов не появлялось. Либо же это просто стечение обстоятельств и разовое явление.
Аккуратно записав и это, просто чтобы не забыть и, в следующий раз, обратить внимание, Хотару потянулась всем телом, сильно зажмурилась, и едва не подскочила на месте от раздавшегося стука в дверь.
Пришедшая Эсме, внимательным взглядом окинув комнату, неодобрительно качнула головой и первым делом направилась к окну, раздвинула тяжелые шторы, впуская яркий свет Нагаре в комнату:
- Доброе утро.
- Доброе утро. Я слышала от слуг, что граф этой ночью вернулся. - Сухостью тона Эсме можно было высушивать особо заболоченные местности, Хотару на это только кивнула и направилась к гардеробу, если компаньонка здесь, то завтрак вот-вот подадут. Значит стоит привести себя в порядок и спускаться в столовую.
- Да, мы с ним столкнулись на кухне среди ночи. - Раздавшийся позади тяжелый и очень многозначительный вздох, был крайне выразительным ответом. Не то, чтобы Эсме была фанатичной последовательницей этикета, но ночные блуждания Хотару не одобряла. Но здесь была скорее забота о безопасности и здоровье, чем что-то еще. - Все хорошо, ничего ужасного не произошло и граф был достаточно мил.
- Госпожа, все же, может вам стоит воздержаться от ночных прогулок в незнакомом доме? - Эсме помогла расправить нижнее платье и надеть высокую, под грудь, юбку, поправила пару складок и жестом приказала поднять руки, чтобы иметь возможность затянуть как следует пояс.
- Я просто хотела горячего молока, не будить же слуг, ради такой мелочи? - Хотару мягко улыбнулась отражению Эсме в зеркале и с удовольствием проследила кончиками пальцев вышитый узор. Шелковая нить была приятно-прохладной. Мягкие бордовые туфли на плоской подошве и заколка с цветками сливы, от нежно розового, до бордового, в волосах, завершали образ. Что же, завтрак будет куда формальнее ночных посиделок.
- Вы могли разбудить меня.
- Не стоит беспокоится, здесь и сейчас вряд ли мне что-то действительно угрожает. Пойдем позавтракаем, я даже проголодалась немого.  - Хотару мягко улыбнулась и выйдя из гардеробной, прихватив хеншин, который очень удобно поместился в карман юбки, направилась в столовую...
... Вошедший Аррен был удостоен очень внимательного взгляда со стороны Эсме и доброжелательной улыбкой Хотару:
- Доброе утро, граф. Позвольте представить вам мою компаньонку, госпожу Эсме Пак. - Странно, но кажется с появлением графа, слуги стали казаться более напряженными. Или, скорее, старались быть как можно более незаметными. - Приятного аппетита.
Первая чашечка чая, как и первый голод, священны, а вот когда чашечки наполняются повторно и приходит время десерта, можно и прервать тишину:
- Надеюсь, граф, вы успели хоть немного отдохнуть после столь трудной дороги? - По крайней мере выглядел Аррен не на столько измученно, хотя, по всей видимости, все еще нуждался в хорошем сне и, возможно, каких-то укрепляющих зельях. - Вы выглядите, определенно лучше, чем когда мы встретились ранее, но все же вы уверены, что достаточно восстановили силы?

Одета примерно так

https://i.pinimg.com/564x/93/75/ea/9375ea2e52d690d2867eb9d8dc2398c1.jpg

Отредактировано Сейлор Сатурн (2020-06-01 20:43:24)

+3

4

О, если бы она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО видела его НОРМАЛЬНОЕ состояние. То, в каком виде Аррен пребывал этой ночью, еще можно считать «хорошей формой». Хоть по нему и не скажешь, но некромант являлся крайне увлекающейся натурой. Настолько, чтобы забыть и о сне, и о еде, и об отдыхе. Сколько раз ему пришлось пройти по грани не из-за опасности опытов с Магией Смерти, а от неумения вовремя остановится?

- Все хорошо, - ответил мужчина. – Я отдохнул, и этого достаточно для полноценного функционирования.

Ровный тон и странный подбор слов мог бы отпугнуть кого угодно. В обычной жизни граф не слишком-то походил на живое существо. Ничего не выражающий взгляд, рубленые фразы, создавали образ неприветливого человека, к которому лучше не приближаться ради своего блага. Но для хорошо знакомых с личностью мага было понятно, что сейчас он пребывал в блаженной неге.

Голоса более не беспокоили. Сейчас он вновь в полной мере мог ощутить присутствие Хотару и ее влияние на собственное проклятье.

И на самого себя.

«А что будет, если я к ней прикоснусь?»

Странные мысли бродили в голове мага. Непривычные. Как в голове, забитой схемами построения чар, вариантами ритуалов поднятия нежити, оказался кто-то посторонний? Девочка, которую он встретил всего-ничего? Аррену казалось, что он будет готов, когда встретит ТУ САМУЮ, чье появление в его жизни пророчили и Учитель и древний Гримуар.

Но нет. Не был. Не готов. И, пожалуй, никогда не будет. И речь идет совсем не о любви в привычном ее понимании. Не о том, как замирает сердце при взгляде на другого человека. О таком любят писать в книгах. Там много чего пишут, но реальность отличается от изящной письменности.   
Когда в твою жизнь врывается ВАЖНЫЙ человек, нельзя быть готовым. Ты еще не знаешь, чем этот, пока еще незнакомец, важен, но уже ничего не можешь поделать со своей нуждой.

Остаток завтрака прошел в относительной тишине.

- Итак, я обещал Вам небольшую экскурсию и намерен сдержать слово, - когда все насытились, произнес Аррен. – Если сам особняк и прилегающую территорию Вам могли показать слуги или Учитель, то лабораторию и ритуальный зал – никто, помимо меня, - даже Учитель не имел доступа в большую часть лабораторного комплекса. Без самого Мара, естественно. Только граф был способен провести гостей дальше.

А комплекс был действительно огромен. Предки веками трудились над его улучшением, так что общая площадь скрытых подземелий перекрывала и особняк, и прилегающие к нему территории вместе взятые раза в два. Некроманты обязаны иметь профессиональную паранойю, наворотив такого, что оставалось диву даваться – КАК все оно вообще уместилось?

- Надеюсь, Ваша спутница не будет против остаться? Ничего не имею против ее присутствия, но даже мой Учитель не имеет доступа к некоторым помещениям. Тут нужно иметь Дар.

В какой-то мере это действительно было так. Не-маг не пройдет туда, где стоит колдовская защита. И Учитель не исключение. Другое дело, что Аррен мог его провести, как поступал, например, дед, у которого старый воспитатель работал в качестве помощника. Это уже отец Мара запечатал комплекс, отказавшись от своего Дара, но это дело прошлого.

В любом случае, Аррен не желал, чтобы кто-то другой, помимо Хотару, видел скрытое от людских глаз.

Мастерская Мага – нечто сокровенное, почти интимное. То, что редко показывают даже самым близким, даже возлюбленным.

- Извольте? – поднявшись со своего места, Аррен приблизился к Хотару, подавая руку, приглашая отправиться вместе с ним.

Отредактировано Аррен (2020-06-05 20:53:15)

+2

5

"Полноценное функционирование"? Чуть приподнятые брови хорошо маскируются длинной челкой, а вопрос заедается тостом с розовым вареньем и глотком чая. Если бы подобная фраза прозвучала вчера вечером, на кухне, она бы непременно задала бы вопрос, сейчас же, при свете Нагаре и под бдительным взором Эсме подобное кажется несколько не уместным. На данном этапе знакомства, по крайней мере.
- Да, вы правы, меня по дому провели слуги, хотя на библиотеку и сад обратил внимание именно Учитель. - А так же на относительно не большую комнату, фактически на чердаке. Но из окна открывался чудеснейший вид, особенно с наступлением темноты, когда город раскрашивался разноцветными огнями и яркими иллюзиями. Что же, если все получится, то Хотару подумывала об этой комнате в качестве домашнего кабинета, впрочем, на столько далеко загадывать было еще рано.
Быстрый взгляд на Эсме, о да, та была против подобного, и даже не потому, что оставаться наедине с мужчиной не прилично, семья Томоэ была не на столько консервативна. А скорее в связи с тем, что Эсме вообще не любила оставлять Хотару без своего присмотра, особенно наедине с малознакомыми людьми.
Мягкая улыбка Эсме, предназначенная успокоить, и Хотару поворачивается к Аррену:
- Это не проблема, лаборатория и ритуальный зал, действительно не то место, куда стоит пытаться пройти без должной подготовки и соответствующих умений. - Особенно если хозяин лаборатории против и там настроена какая-то защита. Особенно если экскурсия предполагала раскрытие каких-то секретов, в которых посторонним делать было нечего. А Эсме, как ни крути, для Аррена была совершенно чужим человеком. Это Хотару могла быть совершенно уверена, что компаньонка ее лично не предаст, и на то, кроме искреннего расположения, были весьма веские причины. Подпускать к своим детям абы кого и совершенно без каких-либо гарантий было не в правилах семьи Томоэ. Впрочем, подобной предусмотрительностью страдали многие семьи из высшего света, да и не только из высшего, все-таки дети это будущее и гарантия выживания фамилии, крови.
Приняв руку, Хотару поднялась, и кивнув Эсме вышла вместе с Арреном из столовой.
- Все же, не удержусь от вопроса "полноценное функционирование"? - После нескольких минут тишины все же не выдержала Хотару с едва заметной улыбкой поглядывая на Аррена. - Никогда не слышала подобное определение хорошему самочувствию и бодрости, или же вы вкладываете в это понятие что-то еще?

+2

6

Захотелось ударить себя по лбу. Все-таки стоило внимательнее следить за своими словами.

- Это… сложный вопрос, - наконец, ответил Аррен, лавируя по коридорам поместья. – Не потому, что тяжело. Скорее… неудобно, - немного подумав, граф решил, что будущей жене следует знать о некоторых слабостях, ему присущих. – Сама суть фразы в любимой шутке Учителя о том, что «в таком состоянии даже голем не способен на выполнение приписываемых ему функций», - хотя шуткой эту фразу мог воспринять кто угодно, но только не Аррен, потому что в момент, когда она произносится, его обычно лупят палкой. Ну, после того, как он отойдет от истощения.

- Нам сюда, - ненадолго прервав рассказ, маг остановился перед двустворчатой дверью.

На самом деле в поместье – два подвала. Один – обычный, для скоропортящихся продуктов. Там оборудовано место, под ледник, а также погреб с вином и иным алкоголем. Второй же располагался совсем в другом месте. Вход в лабораторный комплекс представлял из себя массивные двери, вырезанные из цельного куска обсидиана. Черные. Монолитные. Идеально гладкие. Без каких-либо признаков ручек или замочных скважин.

Положив ладонь на дверные створки, некромант на мгновение сосредоточился. Импульс его силы стал ключом, активирующие проверку свой-чужой, а также деактивирующие защиту Мастерской. По черной поверхности створок пробежали голубые линии и в следующие мгновение массивные двери бесшумно распахнулись, открывая вид на широкий тоннель, лестничной спиралью уходящий вниз под небольшим углом. При желании, тут легко могли бы разъехаться две повозки.

На стенах вспыхнуло синее пламя зачарованных факелов, разгоняя темноту.

«Не могли предки сделать все по-человечески?» - претенциозность комплекса раздражала Аррена. Кажется, те, кто строили катакомбы людьми были весьма… особенными. В плохом смысле этого слова.

- Так на чем я остановился…? Ах, да, - чуть сдвинув руку, Аррен предложил Хотару локоть. Если раньше они просто шли рядом, то сейчас мужчина опасался, как бы девушка случайно не споткнулась в полумраке. Пусть ступени и широкие, но с непривычки, с дурацким освещением, не дающим достаточно света, все возможно.

- Я – человек увлекающийся. Иногда – слишком увлекающийся, - продолжил он свой рассказ, когда они двинулись дальше. – Как ты и сама видела, попасть сюда могу только я, или любой другой маг, на которому дам доступ. Но Учитель – не маг. И никогда им не был. Он чрезвычайно много знает, умеет и может рассказать, однако попасть в Мастерскую без моей помощи он не способен.

Что не единожды едва не стоило Аррену жизни. По его собственной глупости, конечно, но кого это волнует? Учитель ведь не мог постоянно находиться рядом, а молодой маг, увлекшись собственными проектами, мог неделями не покидать лаборатории.

- Поэтому, некому вовремя меня остановить. А без сна и пищи в течении длительного времени, жить не очень комфортно, - обтекаемо закончил Аррен, остановившись перед резной деревянной дверью, что сама распахнулась при его приближении.

- Мы пришли.

Над их головами вспыхнуло пламя. Не те скудные синие огоньки, а яркое, мощное. Под потолком зала, имеющего форму полусферы, висел переливающийся светом белый шар. Прямо напротив входа, на полу, можно было заметить вырезанные на каменных плитах два круга, со вписанной в них семиконечной звездой. Справа и слева покуда хватало глаз, располагались шкафы, забитые книгами. Они стояли спирально, создавая в зале настоящий лабиринт, в котором несведущему легко заблудится.

- Малый ритуальный зал и библиотека, - прокомментировал Аррен. Хотя сложно в действительности назвать этот зал «малым». Сто шагов в диаметре и почти десять в высоту, однако маг знал, что на нижних уровнях, есть большой зал, в данный момент запечатанный. Там должно были создаваться самые большие некроконструкты, но Мару то сейчас без надобности.

- А вот и они.

Шелест тысячи крыльев. Маленькие голубые огоньки. Губы сами собой растягиваются в такой непривычной улыбке.
Бабочки. Сотни бабочек слетелись со всех сторон, чтобы поприветствовать хозяина и его гостью. Они кружили, танцевали в воздухе, заполняя мертвенными отблесками крыльев все пространство. Его первые и единственные друзья уже много-много лет. Пусть они на самом деле мертвы. Не страшно. Пока жива сила в маге Смерти, живы и они. 

- Добро пожаловать, Хотару, - посмотрел Аррен в глаза своей спутнице.

+2

7

Это же до какого состояния себя надо довести? На сколько Хотару знала, для того, чтобы голем перестал функционировать, его нужно фактически уничтожить. Или же разломать так, что проще будет новый сделать, чем этого чинить. Хотя, конечно, она могла ошибаться. С големами она ознакомилась скорее, как с фактом что они есть, что они довольно дороги, но, иногда, без них никак.
Хотя находились люди, которые считали, что проще купить крепкого раба и хорошо его натаскать, чем доверять дело магам и магии. По крайней мере такой шепоток, как невозмутимо просветил ее учитель, в определенном обществе гулял. Глубже Хотару не лезла, как-то было совершенно незачем, да и не ее это направление.
Возможно, стоит все же уточнить в библиотеке чуть подробнее. Потому как, судя по кислому тону Аррена, шутка была не слишком смешной. Да и в принципе, если судить по несколько болезненному виду, могла оказаться вовсе не шуткой. Ученые бывали чрезвычайно увлекающимися людьми, и стоило бы хоть примерно уточнить, на сколько мог быть увлекающимся Аррен.
- Ох. - Почему-то промелькнула мысль, что такому коридору не хватает зловещего скрипа распахивающихся дверей. Отмахнувшись от этой мысли Хотару с благодарностью взялась за предложенный локоть. Конечно, домашние туфли были на плоской подошве и ступеньки, вроде бы, не выглядели такими крутыми, но неверный свет и ширина лестницы создавали несколько гнетущее впечатление. Хотару чуть подобрала подол юбки и сделала первый шаг, следом за Арреном.
Размах постройки поражал, по всей видимости, графы Мар, были теми еще затейниками. Столько предостережений, интересно, сюда допускаются только те, кого Аррен лично одобрил, или же те, в ком течет кровь рода, и являются магами, так же могут пройти?
И, возможно ли такое, что подобный подвал был данью моды и секретам старых семей?
- О, когда мы с ним беседовали, у меня создалось впечатление, что он весьма близок к магии. Не только как теоретик. Но, с другой стороны, блестящее владение теорией и осознание, как это выглядит на практике, зачастую, сродни практической магии. - К тому же, не смотря на весьма увлекательные беседы, которые имели место быть вечерами, Учитель ни словом не показал, что действительно владеет магией, как практик. А она обратила на это внимание только после слов Аррена, занятно. Что же, очередной урок внимания для нее.
- Иногда я сожалею, что не увлекаюсь чем-то так, чтобы забывать про мир вокруг. Если судить по книгам и рассказам, это весьма вдохновленное состояние. Но, все же, когда сталкиваешься с подобным в жизни... - Хотару чуть сжала пальцы, до этого спокойно лежащие на локте Аррена. - Возможно, я могу понять шутку вашего... твоего учителя. Особенно от облегчения, когда видит тебя живым.
На мгновение вспыхнувший свет ослепил, все же коридор бы подошел к иллюстрации мрачных сказок. Про опасные подземелья и коварных темных магов, а огонь вспыхнувший на потолке осветил ярко и полно.
Хотару отпустила локоть Аррена и поправила юбку, скорее машинально, увлеченно и жадно разглядывая шкафы с книгами. Действительно, чем-то напоминает родной дом. Хотя, у них, в тайной библиотеке, на полу никаких пентаграмм не было. Два защитных круга? И семиконечная звезда?
- Невероятно. - Уточнение о странном рисунке на полу замерло на губах, шелест крыльев бабочки почти не слышим, но если их сотни? О, такое не услышать сложно. Хотару осторожно протянула ладонь. Как странно, такие яркие, как сотни блуждающих огоньков, и вместе с тем, как будто припорошенные пылью. Не тусклые, но...
Мертвые бабочки, кажется, слетались к ним со всех сторон. Красивое и, по своему, печальное зрелище. И еще этот, едва слышный шепот, который, кажется, был хорошо различим сквозь шелест крыльев. Такой знакомый. Очень похожий на тот, который она слышала в своих снах-не-снах. Который, иногда, проскальзывал в ее видениях.
- Знаешь, в одной, очень далекой стране, которая находится не на этой планете, есть поверье. - По губам проскользнула печальная улыбка,  когда на ладонь начали садиться бабочки. Одновременно яркие, как сама жизнь, и припорошенные отпечатком той стороны. Этот голос, этот вкус ни с чем не спутать. - Или, скорее легенда, что бабочки на самом деле это проводники душ. Они провожают души людей на ту сторону, и, иногда, могут помочь что-то передать с того света, на этот. А, иногда, бабочками оборачиваются сами души.
Хотару моргнула и перевела взгляд на Аррена. Что же, со зловещими темными магами она не ошиблась. Правда, осталось понять, откуда ей на столько хорошо знаком этот шепот и этот вкус? Хотя, теперь ясно, что могло подтолкнуть эти сны-не-сны, что же, одной загадкой, возможно, меньше.
- Все же, я думаю, это совершенно не шутка. "Полноценное функционирование". Этот шепот завораживает и манит, но он может быть невероятно опасен, если заслушаться и потеряться в нем. - И тогда даже самые толстые стены могут не спасти. И все же, где искать ответы и потерянные воспоминания? Стоит написать отцу? - Они прекрасны. Спасибо.

+1

8

Аррен был доволен произведенным впечатлением. Его маленькие друзья сослужили хорошую службу. В отличие от его утилитарных взглядов, юной девушке, пусть даже будущему целителю, которые отличаются весьма схожим с некромантами чувством юмора, куда приятнее будет увидеть красочную сторону Магии Мертвых.

Да, именно такую, какой ее видит сам маг.

Не гнилые кости, запах тлена, долгие ночи на промозглых кладбищах среди могильных плит. Не завывания призраков, мучения неуспокоенных душ, или хриплые стоны шагающих мертвецов. У всего есть уродливый лик, надо лишь уметь смотреть, чтобы увидеть оборотную сторону монеты.

Смерть тоже бывает красивой. Она – финал. Завершение. Эндшпиль жизненного пути. То, чего не должны бояться смертные и бессмертные, ведь Смерть никого не обойдет стороной. Рано или поздно. Так или иначе. Стоит ли тогда страшиться?

- Когда-то давно мой Учитель был уличным мальчишкой, сиротой, босяком и вором, который случайно попытался срезать кошелек не у того человека, - заложив руки за спину, Аррен вальяжно двинулся в центр залы. Хоровод бабочек медленно потянулся вслед за ним. – Подобное не могло иметь счастливый финал. Однако… имело.

Мужчина остановился, аккурат в центре нарисованной звезды.

- Он не имел ни капли таланта в магии, хотя многие люди и обладают хотя бы зачатками. Его продали как раба, на аукционе. Как мясо. Ни на что не годный. Ничего не умеющий. Что могло его ждать? – цок. Носок сапога дважды ударился о камень. – Но купил его не любитель юных мальчиков или любой другой извращенец. Нет. Это был мой дед. Граф Мар был стар. Слишком стар, чтобы справляться самостоятельно. И с Даром. И со своей жизнью. Его сын отказался от своего наследия, не желая иметь ничего общего с чем-то подобным, - широким жестом Аррен указал на все, что находилось во круг. – Он вообще был трусом, мой отец.

Как можно бояться самого себя? Отказаться от всего, что поколениями строили твои предки? Вырвать кусок души и забыть про Дар?

Аррен этого не понимал. Не желал понимать! Несмотря на Шепот Изнанки, Голоса, сводящие его с ума, он ни бы никогда не выбросил на помойку то, что делало его самим собой.

- И тогда дед обучил уличного мальчишку всему, что знал сам. Да, тот не владел магией. Да, в его жилах не текла кровь Мар. Но! Этот мальчишка был верен моему роду и, если нынешний наследник решил выкинуть на помойку все, чего семья добилась за поколения… Значит, стоит подождать следующего. Ведь жизнь человека – коротка.

Поколения сменяют друг друга. Этого не изменить. Круговорот Жизнь и Смерти был, есть и будет.

Именно поэтому Учитель был столь образован и подкован в колдовских знаниях. Поэтому отбросил свое имя, то, чем он был.

Старый граф сделал из уличного мальчишки нечто большее, дав тому Цель, смысл существования.

Учитель – не имя. Учитель – это суть того человека. Не больше, но и не меньше.

- Мои маленькие друзья… - облако бабочек сместилось к потолку. Лишь несколько остались порхать рядом с Хотару. – Мало кто действительно способен оценить их красоту. Когда они впервые встали на крыло, у старушки, что присматривала за мной, едва не остановилось сердце.

Кто мог бы принять его таким, какой он есть? Кто не сбежал бы, осознав, ЧЕМ является порхающая рядом с ним бабочка? Не потому ли, имя этой девушки раскрыл магу Аль Азиф?

- Это тебе спасибо, Хотару. Спасибо за то, что считаешь их прекрасными, как и я.

Мужчина вздохнул. Образ юной девы, окруженной сияющими потусторонним светом крыльями бабочек, навсегда останется в его памяти.
Но нужно возвращаться к реальности.

- Шепот преследует меня многие годы. И Голоса не могут предложить ничего. Они просто эхо, - неопределенно пожал плечами граф. Его, Аррена, одержимость – совсем в другом. Голоса сами по себе не имеют смысла. – Но сейчас я Их не слышу. Впервые, за долгие годы.

Его взгляд остановился на фигурке девушки. Причина? Следствие? Цель? Путь? Кем должна стать Хотару Томоэ? Кем она является сейчас?
Возможно, стоит это выяснить?

+1

9

Что есть везение? Воля богов? Игра случая? Хотару осторожно согнала с ладони бабочек сделала несколько шагов вперед, к Аррену. И кому в действительности повезло? Учителю, шансы которого на выживание и на хорошую жизнь были минимальны или старому графу, у которого нашелся кто-то достаточно преданный, чтобы верно служить семье и после смерти последнего?
- Это невероятная удача. - Взгляд скользил по книжным шкафам, хотелось подойти, дотронуться, рассмотреть. - Для них обоих. Человеческая благодарность и преданность, к сожалению, не всегда может похвастаться незыблемостью. И в двойне удача, что ты не пошел по тропе своего отца.
Еще несколько шагов вперед и Хотару останавливается на одной из лучшей звезды. Первые проявления магического дара могут напугать, особенно если дар достаточно силен, а если способности лежат в не одобряемом обществом и коллегией магов направлении...
Хотя, как считала Хотару, это было глупостью. Дар либо есть, либо нет, и в каждом маге есть потенциальная возможность принести разрушения и смерти. Запрещать и порицать какую-то из направленностей полностью достаточно большая глупость, которая через какое-то время может обернуться бедой.
Куда проще и разумнее взять способность под контроль, изучить, найти применение, которое будет служить на благо родному миру.
Но, разумеется, подобные мысли если Хотару и озвучивала, то только в семье и никак не при посторонних. Даже с учителями подобное не обсуждалось, по крайней мере так откровенно и открыто.
- Не удивительно, эта сила, хоть и может быть красивой, как эти бабочки, но для большинства тяжела. Ее вкус сладок, но очень опасен, особенно для не подготовленного человека, а если этот человек вырос на рассказах о том, как магия Смерти страшна и коварна. - Хотару перевела взгляд на бабочек, которые все еще кружились рядом с ней. - Они действительно прекрасны, и я могу ощутить ту силу, которая в них есть. Это тоже добавляет очарования.
Значит шепот изнанки? Она слышала его, иногда, в видениях, или в снах-не-снах. Но скорее это было отголоском той музыки, которая пронзала все живое и мертвое, которая сплетаясь текла рекой, которую называли реальностью, миром, жизнью. И сейчас Аррен не слышит этого шепота? Как интересно.
- Этот шепот может заворожить, свести с ума, иссушить. Он не может ничего дать, но может заставить действовать. Или же, наоборот, бездействовать. Парализовав ум и волю. - Хотару посмотрела прямо в глаза Аррену. - Ведь необязательно что-то предлагать прямо или так же ясно и открыто заставлять что-то делать. Кто-то не поддается этому, кто-то ломается и может сделать все что угодно, лишь бы услышать тишину.
Шепот видений, не смотря на то, что она только видит сны, невероятно силен. И когда Хотару только привыкала к этому своему дару, ее учитель многое рассказал о провидцах и пророках, которые не справлялись со своим даром. С тем, что они видят и чувствуют, как на них реагируют близкие и посторонние, каким ощущается мир.
- Должно быть это невероятно приятное чувство. - Хотару на миг замолчала, затем мягко улыбнулась. - В детстве, когда я только училась принимать свой дар, как он есть, мне, иногда, очень хотелось, чтобы Сны оказывались просто снами. Пусть даже кошмарами. А, порой, хотелось, чтобы эти видения были... всесторонними. Природа жестока, но разумные в попытках добиться "всеобщего блага" или собственного блага, намного, намного страшнее.

+1

10

Чем живет девочка, которая видит будущее? Будущее исключительно в черных тонах? В то время, как его кошмаром в детстве была – реальность, ее страшной сказкой стал сон.

- Природа не жестока. Природа справедлива. Она лишь дает инструменты. Иногда взамен чего-то. Но даже ее проклятья, в умелых руках, обращаются благами, - Голоса могли быть сколь угодно сводящим с ума шепотом, но и они могли принести пользу, ведь лучшей защиты разума еще не придумано. Любой блок всегда можно пробить, то вопрос силы, но как различить нужный голос среди сотен и тысяч иных, куда более громких?

- А разумные всегда действуют исходя из критериев собственного блага. Мы не можем иначе. Ни ты, ни я – не исключения. Это нормально. Нужно лишь знать границы дозволенного. Те же, кто ступил на путь саморазрушения, отказавшись от себя и своего счастья – безумцы. Опасные безумцы. Если у человека нет ничего, чем бы он дорожил, он превращается в чудовище.

Без якоря корабль поглотит шторм. Утащит. Сомнет. И вместе с ним всех тех, кто по своей неосторожности оказался рядом.

- Но страшнее людей, потерявших все, те, кто насильно желает осчастливить других. Здесь правда твоя.

Ведь сама суть противостояния разумного и разумного – конфликт интересов, несовпадение взглядов на понятие «собственное благо». Однако в момент, когда один решает, что знает – что лучше для большинства и идет по этому пути, отдельные судьбы перестают иметь значение. Меняется масштаб.

- Но, в сторону пространные размышления. Экскурсия не должна ограничиваться лишь прихожей, - и развернувшись на пятках, Аррен направился в дальний конец зала. – К тому же, здесь есть тот, кто не отказался бы с тобой поговорить.

Граф вел их извилистыми путями. Они проходили небольшие залы, явно укрепленные пункты, предназначенные для обороны от вторжения, не важно – снаружи ли иль изнутри. Мельком Аррен показал и внушительную алхимическую лабораторию, полную колб и иного оборудования для создания зелий, преобразования материалов и тому подобного. Прошли они и мимо покоев, предназначенных для зачарования. Комплекс катакомб некромантов воистину поражал масштабом. Даже его самого. До сих пор. Мужчина не уставал благодарить предков за то, что они оставили ему. Не за богатство или титул, все это можно заработать самому, а за знания и возможность расти как колдуну. 

Остановились они, лишь оказавшись в небольшом зале, не столь впечатляющем размерами, как первый. Чем-то это помещение напоминало приемные покои высших аристократов – длинная и узкая комната, с возвышением в дальнем конце. И в отличии от других залов катакомб, это помещение полностью состояло из черного обсидиана. Матовые плиты облицовки буквально впитывали свет, что казалось потолок и стены были сотканы из мрака. Лишь ярко синие сгустки пламени в чашах по периметру не давали посетителям утонуть в черноте.

- ХА-ХА-ХА-ХА! – скрежещущий смех встретил гостей, стоило им ступить за порог залы. – Ты все-таки нашел свою маленькую баньши, мертворожденный?

На возвышении, до этого пребывающем в темной дымке, вспыхнуло мертвенное сияние, позволяющие увидеть то, что лежало на постаменте. С первого взгляда могло показаться, что это – книга. Но только на первый. Черный металл обложки сиял линиями рун, что пульсировали, будто в такт дыханию. Да и сами размеры книги были далеки от нормальных – она вполне могла поспорить со столешницей чайного столика в гостиной. Почти полтора метра в высоту, и не сильно меньше в ширину!

- Аль Азиф! – повысил голос Аррен.

- Что? Что ты сделаешь, мертворожденный? – проскрипел голос, явственно исходивший от книги. – Заткнешь меня? Перестанешь приходить? Ха-ха-ха-ха! И кто же даст тебе нужные знания? Твой бездарный Учитель? – яда в голосе Аль Азиф было достаточно, чтобы отравить целое стадо породистых лошадей.

- Не обращай внимания на его тон, Хотару. Аль Азиф безумен. Был безумен еще тогда, когда мои предки создавали Гримуар, и годы не сделали его более приятным в общении.

- Верно-верно! Слушай мертворожденного! – радостно отозвался Гримуар. – А чего ты ожидал от книги, в которую поколениями заносили свои знания Маги Смерти? – после чего обратился к Хотару. – Эй, маленькая баньши, ну-ка, подойди поближе. Старик Аль Азиф желает рассмотреть тебя получше! – на этом книга вновь издала скрежещущий смех, от которого становилось больно ушам, словно сказала что-то забавное.

«Как будто эта мерзкая книга способна видеть!» - пробилось сквозь обычную невозмутимость раздражение.

+2

11

- Она жестока в своей справедливости. - Хотару тихонько хмыкнула. - Она держит весь мир в равновесии, а это значит, что для того, чтобы кто-то жил, кто-то умирает. Каждая ошибка приводит либо к бесценному опыту, который помогает развиваться, либо к смерти. Все что есть, все что живет, находится ровно там, где и должно. Для большинства разумных, подобный порядок вещей кажется слишком жестоким и равнодушным.
Хотару снова перевела взгляд на порхающих рядом бабочек, они завораживали. А привкус силы, который от них ощущался, вызывал так много чувств. Приятных, если смотреть в целом, но желание задать пару вопросов отцу все росло.
Хотя вряд ли тот сможет ответить, по крайней мере Хотару сомневалась в этом, но попытаться стоило. Для начала хотя бы написать письмо, что стоило сделать уж давно, но все время что-то отвлекало. Какие-то, вроде бы, не сильно важные мелочи, которые вроде бы можно было бы отложить и сесть за письмо, но почему-то никак не получалось отложить.
Что же, сегодня вечером она точно его начнет.
- Я не спорю, это так. Но, вряд ли то, что остается в рамках разумного может заставить мир волноваться. Хотя, иногда, для того, чтобы мир закричал, достаточно одной слезы или не сказанного вовремя слова. - Хотя Хотару никогда не видела причину, почему должно случиться то, что показывали видения, но она достаточно сильно интересовалась историей. Да те же романы-путешествия, романы-приключения, они имели под собой все те же причины, только, возможно, не такие масштабные. - Таких людей, которые хотят принести что-то хорошее, сделать мир лучше, чтобы никто не испытывал той боли, которую перенесли они, так много. И не только людей.
Возможно ее желание стать целителем, кроме того, что у нее есть к этому способности, так же продиктовано подобной целью. Иногда боль и страдания в видениях слишком сильны, она не ощущает их, как свои, но даже того отголоска, который ей доступен, достаточно. А когда Хотару лечит, воспоминания об этих ощущениях как будто отступают. Желание избавиться от дискомфорта и боли, очень хорошая мотивация.
- Желание избавиться от боли, от дискомфорта, сделать мир лучше, прекрасно мотивирует, но как же сложно не оступиться. Если ты один и у тебя нет того, за что можно держаться. - Хотару несколько раз глубоко вздохнула, сбрасывая странное оцепенение, кажется тема оказалась слишком мрачной. Или это атмосфера подземелий так действует?
- Кажется, мы выбрали не слишком веселую тему для разговора. Но это впечатляющая прихожая. - Хотару улыбнулась и пошла следом за Арреном. - О? И кто же это?
Путь проходил по большей части в молчании, не считая коротких и емких описаний, что Хотару вполне устраивало. Разговор бы сейчас отвлек от изучения комплекса и первое впечатление вышло бы смазанным. А посмотреть было на что! Такое количество разнообразных помещений, лабораторий и ритуальных комнат. Да и эта атмосфера.
Кажется предки, все же, страдали некоторой гигантоманией, подземный комплекс родового дома Томоэ так же поражал, хотя там располагалась, в основном, библиотека. А вот лабораторий и ритуальных залов было всего несколько. Впрочем, у рода Томоэ никогда не рождалось некромантов или людей с подобным им даром, а значит и в подобных лабораториях не было нужды.
- Кажется предки были весьма предусмотрительными людьми, кроме возможностей для развития и работы, здесь вполне возможно пережить не большой катаклизм. - Хотару немного рассеянно улыбнулась и чуть поежилась перед входом в не большой зал. Как будто кусок мрака вырвали из запределья и воплотили в реальность, и хотя, те коридоры и помещения, которые они посетили ранее не могли похвастаться веселой атмосферой или излишней живостью в оформлении, но все же контраст ощущался.
- Баньши? - С "маленькой" Хотару поспорить не могла, да и "мертворожденный" не вызывал вопросов. Но вот "баньши"? Хотя определенное сходство было. Впрочем все вопросы меркли перед осознанием того, что у Аррена, был Гримуар. Желание, как минимум, дотронуться, хотя бы провести кончиками пальцев по обложке было невероятным. Настоящий, живой, Гримуар.
Пришлось вцепиться в хеншин, который лежал в кармане юбки, чтобы хоть как-то побороть желание подбежать к Гримуару и как следует его изучить. Или, хотя бы, рассмотреть для начала. Все-таки это будет крайне не вежливо, да и опасно тянуть руки без всякой защиты к магической книге.
- Хорошо, не буду обращать внимания на тон. - Послушно кивнула Хотару, разумеется она не будет обращать внимания на тон. Особенно если получится Гримуар изучить. Ах, сюда бы Джафара, их главного библиотекаря, который ухаживал и смотрел за тайной библиотекой семьи Томоэ, а еще хорошую защиту и хотя бы пару часов свободного времени.
- В этом наши с вами желания сходятся, уважаемый Аль Азиф. Почему вы меня называете баньши? - Хотя смех Гримуара был не приятен, но все же это не могло охладить интерес. Хотару немного рассеянно улыбнулась Аррену и направилась к Аль Азифу. Остановившись на расстоянии вытянутой руки, она глубоко вздохнула. - Потрясающе! Как красиво!
Даже прикосновение к хеншину не могло избавить от завораживающего ощущения узнавания. Эта сила, которая вблизи от Гримуара была прекрасно ощутима, была так хорошо знакома и ее было так много.
- Книга в которую много поколений бережно и старательно заносили подобные знания, вполне может позволить себе быть безумной. - Хотару оглянулась на Аррена.

+1

12

- Хо-хо-хо! Я вижу! Вижу! Миленькая баньши. Воистину удивительно! Обычно ваши те еще страхолюдины.

Аррен нахмурился. Безумная книга знала многое. Куда больше, чем в действительности можно было найти на ее страницах. Аль Азиф создавался как помощник, ассистент некроманта. При этом Гримуар владел своей, недоступной человеку магией. Если отбросить политесы, то, что создали предки Аррена, было ничем иным, как искусственным личем. Очень… особенным личем. Верхом древних Магов Смерти, посягнувших на сферу Богов и попытавшихся создать душу.

В итоге у них не получилось то, что они желали достичь, но и неудачей этот опыт назвать было нельзя.

- А баньши... Почему баньши? Включи свою головку, она ведь тебе не только для того, чтобы туда есть?! – вещал Аль Азиф, оседлав своего любимого Осла Мудрости. Злобная сварливая книжка считала себя умнее всех и обожала принижать, унижать и оскорблять. Обычно под раздачу попадал Учитель или сам Аррен, но здесь и сейчас тут был еще один человек.

И Мар поймал себя на мысли, что ему совсем не нравится, когда с Хотару говорят в таком тоне.

- Ах, старик Азиф вынужден распинаться! Метать бисер пред свиньями, что не достойны знаний! – продолжала стенать книга. – Но раз уж пришли, я скажу. Старик Азиф знает все!

«Интересно, у меня получится выполнить заклинания «Гниль» теперь, когда Голоса не мешают?» - остраненно размышлял Аррен, похрустывая костяшками пальцев. Да, он предупредил Хотару о том, что Гримуар имеет скверный характер и весьма дурной нрав, но выслушивать старческое карканье Мар не желал.

- Вежливее, Аль Азиф. Или я запечатаю тебя и лишу голоса. Посмотрим, как тебе понравится вновь исполнять роль безмолвного наблюдателя.

- Слушаюсь и повинуюсь, мой невежественный господин! – вновь расхохоталась книга.

Что ж. У него были на то причины. Гримуар умел ждать. Что ему два века? Или даже десять? Однажды чары рассеяться, и он вновь будет волен говорить все, что вздумается. Единственный путь заткнуть его навсегда – уничтожить, а как это сделает не знает ни Аррен, ни сам Азиф. Либо очень уж хорошо скрывает. В любом случае, угрозы некроманта Гримуар всерьез не воспринял, но хоть поумерил свое красноречие.

- Баньши, Хотару Томоэ, считают предвестниками Смерти. Их бояться. Люто! Но видишь ли, баньши – не причина гибели. Они – следствие. Видят несчастья и суют свои острые носы куда не просят, - наконец, ответил девушке Гримуар. – Ты видишь их? Несчастья? Беды? Катастрофы? Они все ближе? Все четче? Правда, потрясающе! Ты – не наша, но очень вовремя оказалась здесь, где Смерть скоро раскроет свои объятия, готовая принять многих из вас! Прелестно, маленькая баньши, ты не находишь? 

Аль Азиф вновь безудержно рассмеялся.

- Мертворожденный не понимает всей прелести смерти! Он пытается творить, но это лишь возня детишек в грязи! Ни элегантности! Ни шарма! Единственное, что можно с натяжкой признать произведением искусства – его бесполезные насекомые, но на то они и бесполезны, чтобы не иметь никакой цели и смысла в своем существовании!

Аррен знал, что Аль Азиф не понимает его. И не признает. Потому, что Мар пытается идти своим путем, по самому минимуму пользуясь знаниями предков. Вновь желает изобрести мельницу. Для древнего Гримуара, все это – пройденный этап. Ему не нравится ограничения ритуалов, четких линий. Он признавал лишь полет фантазии, порыв творения. Аль Азиф – безумен, и этого не отрицал даже он сам.

Нынешний граф Мар не мог ему дать того, чего мерзкая книжка так желала.

Не удивительно, что их нелюбовь была взаимна.

- А ты, маленькая баньши, способна осознать красоту Смерти? Ведь ты видишь гораздо дальше и глубже, чем эти слепцы. Или тоже будешь копошиться в земле, вместо того, чтобы взмахнуть лезвием косы?        

Отредактировано Аррен (2020-06-09 20:54:32)

+1

13

Интересно, на сколько Хотару знала, обычно Гримуары, были хоть и в достаточной степени волшебными, чтобы обрести подобие разума не были на столько живыми. Даже достаточно древние, которые накопили на своих страницах многое, а еще больше впитали магии бывших владельцев, все же были в достаточной степени ограниченными. А здесь, казалось, что говорил древний, с откровенно плохим характером, но вполне себе живой разумный. Или не совсем живой. Но определенно разум был близок к человеческому.
Как смогли добиться такого результата? Пусть со скверным характером, но это живая память рода, которая могла многое рассказать. Конечно, вот так сразу не было понятно, Аль Азиф мог запоминать и хранить воспоминания, не записанные на его страницах или же нет. Но даже если в него каким-то образом сливали информацию, записывая от руки или как-то еще, это же бесценнейшее сокровище.
- Баньши предвестницы, что плачут и кричат, предвещая гибель, но не говорят о беде. - Хотару тепло улыбнулась Аррену, безмолвно благодаря за заступничество, хотя улыбка получилась немного рассеянной. Ее совершенно не задевали реплики Аль Азифа, она с удовольствием вслушивалась в интонации и силу, и не находила там фальшивых нот. Какая жалость, что здесь и сейчас нет Джафара, или отца, или матери. А лучше всех сразу.
Хотару сделала еще несколько маленьких шагов вперед. Ближе к Аль Азифу. Магия рядом рядом с ним была на столько плотной, что казалась вполне материальной и видимой. Интересно, почему он так фонит? Это из-за возраста? Ритуала создания?
- Что значит не ваша? Где еще я могла оказаться? - Чуть нахмурилась и даже отвлеклась от разглядывания обложки Хотару и оглянулась на Аррена. Хотя вряд ли тот мог знать, что именно имеет в виду Аль Азиф, но все же, они куда дольше общаются, почему-то создавалось впечатление, что вряд ли имелась в виду столица вообще и этот дом в частности.
Наконец вынув руку из кармана, напоследок погладив кончиками пальцев хеншин, Хотару снова повернулась к Аль Азифу.
- Но без творения не бывает Смерти, Смерть без рождения пуста и не имеет смысла, она становится гнилью, которую следует уничтожать. - Рука зависла над переплетом, нежно огладила воздух над ним, кончики пальцев покалывало от концентрированной магии. Потрясающе. Хотару с наслаждением прикрыла глаза, такое завораживающее ощущение.
- А ты хочешь умереть? - А обложка теплая и такая бархатисто-нежная. Там, под ней, была жизнь. Подобное движение силы было так хорошо знакомо, так успокаивающе и приятно. - Так красиво. Аррен, а есть хоть какие-то записи, информация, как создавался на столько грандиозный Гримуар? Я никогда не сталкивалась ни с чем подобным, и мои родные тоже! Как удалось получить на столько живой Гримуар?
Хотару осторожно проследила очертание одной из рун кончиками пальцев. Конечно, это было величайшей глупостью прикасаться к магической книге без какой-либо защиты, но интуиция молчала и Хотару не могла с собой ничего поделать, было так хорошо. Успокаивающе. Как будто она наконец-то смогла нащупать точку опоры. Об этом стоит подумать, когда сила Аль Азифа не будет на нее так влиять. Лучше всего в своей комнате, в тишине и одиночестве. Но не сейчас. Только не сейчас.

+1

14

- Где оказаться? Где оказаться? Хо-хо-хо! Чужачка! Бедняжка-потеряшка! – мерзко скрипел древний Гримуар. – Найди других, глядишь и поймешь чего! Такие как ты – не ходят в одиночку! – что бы не было ему известно, Аль Азиф явно не собирался раскрывать подробности. Либо не мог. Либо не хотел. Последнее – наиболее вероятно, учитывая скверный характер.

Тем не менее, Аррен решил попытаться потрясти Гримуар позже. Без Хотару. Раз тот начал говорить загадками, то при ней уже точно ничего не расскажет. 

А еще граф поймал себя на том, что откровенно пялиться на Хотару. То, как она общается с Аль Азиф, с каким выражением лица, словно сытая кошка, решившая поиграть с беспомощной мышкой, все это будило в мужчине нечто… непонятное, отчего он ощущал себя неудобно. Непривычное чувство умиления поднималось из глубины его души. Сердце пропустило удар.

Аррен поспешил отвернуться, чтобы успеть вернуть себе самообладание, до того, как Хотару заметит. Благо, девушка оказалась поглощена общением с Гримуаром и сейчас вряд ли обратит внимание на что-то другое.

- О! Спроси пустынную бурю о «творении»! Или всесокрушающий шторм! Смерть не должна иметь смысла! Она вообще никому и ничего не должна! Она просто есть, - говорил Аль Азиф. – Сыграй в салочки с чумой! Вот уж я посмеюсь. Вы, людишки, слишком много думаете. Мир куда проще, чем можно вообразить и не все в нем имеет смысл! Или безумие его тоже имеет?! Хо-хо-хо!

Пожалуй, тут некромант был согласен с мерзкой книгой. Действительно, смысл явлений ищут люди, но даже они сами частенько поступают вопреки логике. Так нужно ли искать ее в неизбежности?

- Умереть? Мертвые не могут умереть, девочка! Мы просто возвращаемся туда, откуда пришли!

- Это искусственная душа, Хотару, или – фальшивый лич, если его можно так назвать, - перебил уже собиравшегося продолжить свою речь Гримуар Аррен. – Аль Азиф так и не раскрыл секрет своего создания, но я примерно понимаю, как он был создан. В теории, конечно. На практике, наверняка, есть огромное число нюансов, которые я не способен учесть. 

На самом деле, идея создания искусственной души – не нова. Она довольно логична и понятна. У людей рождаются дети, ведь так? Кто-то из них станет реинкарнацией души, прошедшей очищение, но что же остальные? Ведь население увеличивается, на всех «предков» не хватит. Значит существует какой-то механизм, позволяющий людям даровать своим детям полноценную душу.

И если он есть, то логично предположить, что его возможно повторить. Другой вопрос – как!

- Эй! Кто тебе разрешал трогать руками?! – кажется, пока Аррен предавался измышлениям, Хотару перешла от вербального общения, к тактильному. И Аль Азиф явно не был тому рад. – Перестань! Мертворожденный, скажи своей баньши, чтобы убрала от меня руки!

- Прости, но я не могу запретить своей невесте ознакамливаться с моим имуществом. Она ведь должна оценить перспективы нашего союза, - мстительно заявил Аррен, с удовольствием наблюдая, как Гримуар пытается звуковой волной своих воплей отбросить ту, что посягнула на его неприкосновенность.     

«Особенно тогда, когда она делает это столь… мило!», - в этот раз удержать лицо удалось и граф сохранил внешнюю невозмутимость.

Отредактировано Аррен (2020-06-12 13:08:38)

+2

15

- Других? - Честно сказать, Хотару сейчас больше занимали ощущения, чем разговор с Аль Азифом. Нет, то что говорил вредный Гимуар было очень интересно и добавляло красок и оттенков к разговору со Слепым Йоном, но сейчас это было не важно. Потому что с памятью, непонятными "другими" и прочим можно было разобраться и чуть позже. Сейчас же главным было то, о чем шептала сила, о том, как она ластилась к рукам. Как игриво пощипывало самые кончики пальцев, как приятна была обложка под рукой.
- О, это всего лишь отражение жизни. - Хотару тихо засмеялась, она помнила эти ощущения, не могла бы объяснить откуда, но точно знала, что и в буре и во всепоглощающем пожаре жизни порой больше, чем в самом здоровом и активном разумном. Намного, намного больше. И этой жизнью, разрушающей и несущей потери, можно открыть двери для более мирной жизни, впрочем, как и для смерти. - Но я согласна с тобой в том, что Смерть просто есть и она прекрасна.
А еще безжалостна и безразлична. С ней можно попробовать договориться, она даже может выслушать, но стоит ей один раз настоять на своем. Хотару не слишком любила описание всех этих монстров, которые зачастую изобиловали романы о путешествиях, ее не слишком привлекали чудища, которые описывались в бестиариях. Но вот силу, котрую источали некоторые книги, или вот как бабочки Аррена или же Аль Азиф, эта сила ее манила.
- Хм, кажется я что-то такое слышала. - Хотару оторвалась от разглядывания Аль Азифа и рассеянно улыбнулась Аррену. - Про искусственную душу, многие древние магические книги наделены ею. Но про фальшивого лича слышу в первые. Возможно, Джафар, он хранитель библиотеки моего рода и очень много знает о книгах и о том, как их создают. - Пальцы осторожно очертили контуры рун. - Но я в первые вижу на столько живой Гримуар, на столько человечный. Это что-то невероятное!
Перестать касаться Аль Азима было чем-то невероятно сложным, великие боги! Столько магии, столько силы, столько сознания. Или это еще и от возраста зависит? Хотя вряд ли, тот же Мирддин, Гримуар в котором собраны были многие знания о гаданиях, предсказаниях и пророках, не смотря на свой более чем почтенный возраст все же оставался искусственной душой. Да, он многое мог рассказать и подсказать, но все же он не был живым, а здесь.
- Моя семья на протяжении многих поколений собирала книги. Мы всегда интересовались редкими изданиями, забытыми знаниями, теми направлениями, о которых предпочитают молчать. - Хотару посмотрела на Аррена. - Мы всегда были... заинтересованы в том, чтобы хранить и получить знания, а не вымарывать не угодные страницы истории, не одобряемые светлым и праведным обществом направления. Жаль, что Аль Азиф не раскрывает секрета, но если что-то было создано, то повторить это возможно. Потрясающая работа!
Хотару утешающе похлопала Аль Азифа по переплету:
- О, не стоит так переживать. - И, наконец, сделав над собой определенное усилие подошла к Аррену и заглянула ему в глаза. - Ты не мог бы рассказать о том, что ты понял, как его создавали? И будет ли это слишком нагло с моей стороны, если я попрошу твоего позволения, написать отцу и Джафару? Возможно, они смогут помочь разобраться в деталях? Ничего слишком подробного, разумеется, это не то, что стоит доверять бумаге, но...

+2

16

К своему стыду Аррен так и не удосужился поинтересоваться у Учителя о семье Хотару. У самой же девушки спрашивать было как-то… неудобно. Ведь вроде как с ее родителями договаривались о помолвке. Да, не сам граф, а через посредника, но он мог бы хоть поинтересоваться, чью дочь собирается взять в жены!

И сказать в оправдание, мол, вообще не был в курсе переговоров, сделало бы ситуацию еще более… неловкой. Если не сказать хуже.
Но теперь понятно столь явное восхищение юной девушки при виде древнего Гримуара. Настолько милое и трогательное, что Аррену невольно приходилось сдерживать нахлынувшие уже на него чувства. В подобной ситуации он оказывался впервые, и совершенно не представлял – как стоит себя вести.

С другой стороны…

Он знал, что та, на кого указал Аль Азиф – не могла быть обычной девушкой, но не подозревал – насколько! Многие ли юные аристократки столь легко приняли бы его суть? Многие ли не испытали бы отвращения? О, да те девицы бы с визгом бежали еще ночью, увидев «будущего мужа» в том амплуа, в котором он явился в особняк! Конечно, могли быть и те, кому бы ПРИШЛОСЬ выйти на графа. В любом случае. Вопреки собственному желанию. Мир жесток, а среди аристократии мнением женщины интересуются крайне редко. Особенно в таком ответственном деле как брак. Уж больно подобное удобно и практически ничего не стоит.

Дочери не стоят.

И столь же приятно встретить строго противоположное отношение к своей крови. Для Томоэ слово «семья» - явно не пустой звук. Это легко заметить по поведению Хотару. Сквозь ее манеры и воспитание, очень четко проглядывается живое любопытство и непосредственность, стоит только ей оказаться в «своей стихии». Например, рядом с интересующей ее книгой.

Такое поведение не свойственно «живому товару».

Подобный подход к воспитанию детей Аррену крайне импонировал. Своему ребенку граф бы не пожелал оказаться запертым в четырех стенах, предоставленному самому себе, обреченному стать разменной монетой в играх аристократии.

В итоге, нарождающаяся симпатия к этой хрупкой девушке и его собственные эмоции, которым мужчина не сумел дать четкое определение, все-таки вырвались на свободу. Это была маленькая трещина в его душевной броне, но и ее хватило.

К тому же, как он мог отказать, когда ее фиолетовые глаза буквально сияют?

- Ты права, - обычно он улыбался лишь уголками губ, но сейчас… иначе Аррен просто не мог. – Возможно, пришла пора мне познакомиться с родителями невесты, – ладонь против воли потянулась вперед, коснувшись мягких темных волос девушки, слегка взъерошив ее прическу.

«Боже, какой она еще ребенок!» - подумалось в этот момент ему.

- И Аль Азиф не откажется составить нам компанию, - добавил мужчина, наконец, осознавший, что делает что-то, ему не свойственное и, словно в испуге, отдёрнул руку.

- ТЫ НЕ ПОСМЕЕШЬ!!! – в панике проскрежетал Аль Азиф, осознавший, что его собираются отвезти в логово сумасшедших библиоманов, но его уже никто не слушал.

+1


Вы здесь » Сейлор Мун: узники Кинмоку » ­Архив эпизодов » И маятник качнулся...